Минприроды Саратовской области

 

 

МИНИСТЕРСТВО

ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ

 И ЭКОЛОГИИ

САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

ул. Университетская, 45/51, г.Саратов, 410012

Тел.: (845-2) 73-51-51; факс (845-2) 37-10-76

This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

 

                                   №

   на 

 

 

 

 

Председателю Комитета

по природным ресурсам, природопользованию и экологии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации  

В.И. Кашину                        

 

 

 

Уважаемый Владимир Иванович!

 

Направляем рекомендации на парламентские слушания, которые состоятся 6 февраля 2014 года в Малом зале Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, на тему: «Правовое обеспечение государственной политики в области экологического развития Российской Федерации».

Считаем актуальным на сегодняшний день вопрос совершенствования действующего федерального законодательства в области охраны окружающей среды и природопользования. Так, доработки и устранения пробелов в правовом регулировании требуют многие нормативные правовые акты в рассматриваемой сфере правоотношений.

  1. Существенные изменения в области осуществления государственного экологического надзора произошли с принятием Федерального закона от 18 июля 2011 года № 242-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам осуществления государственного контроля  (надзора) и муниципального контроля».

    Так, государственный экологический надзор теперь включает в себя в том числе государственный надзор за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр и государственный надзор в области охраны водных объектов (ч. 2 ст. 65 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»). В силу ст. 66 Федерального  закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ должностные лица органов государственного экологического надзора являются государственными инспекторами в области охраны окружающей среды. 

    Вместе с тем, в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – Кодекс) соответствующие изменения до настоящего времени не внесены. По-прежнему в данном нормативном правовом акте употребляется термин «контроль», вышеуказанные виды контроля (надзора) имеют самостоятельный характер, государственные инспектора же являются государственными инспекторами по охране природы, государственными инспекторами по контролю за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр, государственными инспекторами по контролю и надзору за использованием и охраной водных объектов.

    Указанная правовая коллизия создает сложность в оформлении полномочий государственных инспекторов (должностных регламентов, удостоверений и т.д.), а также в практической реализации указанных полномочий в ходе осуществления контрольно-надзорных мероприятий.

    2. Федеральным законом «Об экологической экспертизе» (ст. 6) органы государственной власти субъектов Российской Федерации (органы государственного экологического контроля) наделены полномочиями по осуществлению государственного надзора в области проведения государственной экологической экспертизы.

    Значимость государственной экологической экспертизы в сегодняшних условиях развития градостроительного и земельного законодательства, введения технических регламентов диктует необходимость расширения перечня объектов, подлежащих государственной экологической экспертизе (ст.ст. 11, 12 Федерального закона от 23 ноября 2005 года № 174-ФЗ «Об экологической экспертизе»). Так, например, представляется целесообразным включить в рассматриваемый перечень документацию, обосновывающую создание и реализацию особо опасных объектов. На сегодняшний день п. 7.1 ст. 11 Федерального закона от 23 ноября 2005 года № 174-ФЗ предусматривает в качестве объекта экологической экспертизы только лишь проектную документацию особо опасных объектов, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять на землях особо охраняемых природных территорий регионального и местного значения. Представляется необоснованной позиция законодателя, согласно которой особо опасный объект способен причинить вред окружающей среде только в том случае, если реализация указанного объекта будет осуществляться исключительно на особо охраняемой природной территории.

    Кроме того, и в упомянутом п. 7.1 ст. 11, и в п. 4.1 ст. 12 Федерального закона от 23 ноября 2005 года № 174-ФЗ речь идет о строительстве и реконструкции объектов, реализуемых на землях особо охраняемых природных территорий. При этом, далеко не все земли в границах особо охраняемых природных территорий по Саратовской области переведены в категорию таковых. Большинство из них относятся к категории земель населенных пунктов либо сельскохозяйственного назначения. Таким образом, по смыслу указанных положений Федерального закона от 23 ноября 2005 года № 174-ФЗ получается, что документация на строительство и реконструкцию объекта капитального строительства, строительство и реконструкцию которого предполагается осуществлять в пределах особо охраняемой природной территории, не является объектом экологической экспертизы, в том случае, если земли в ее пределах в такую категорию не переведены.

    Данное обстоятельство приводит в том числе и к определенным сложностям при привлечении правонарушителей к административной ответственности по ст. 8.4 КоАП РФ за нарушение законодательства об экологической экспертизе.

    В этой связи в целях устранения правовой коллизий правильнее было бы употребить оборот, используемый законодателем в Градостроительном кодексе РФ: «в границах особо охраняемых природных территорий». 

    3. В силу п. 3  ст. 65 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»  государственный экологический надзор в отношении юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, осуществляющих хозяйственную и иную деятельность с использованием объектов, хотя бы один из которых подлежит федеральному государственному экологическому надзору, осуществляется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

    С появлением в Федеральном законе названного пункта (Федеральный закон от 18.07.2011 № 242-ФЗ) произошло перераспределение объектов, подлежащих государственному экологическому надзору, между федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

    Так, в Список конкретных объектов хозяйственной и иной деятельности по территории Саратовской области, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду и подлежащих федеральному государственному экологическому контролю, утвержденный Приказом Минприроды России от 5 октября 2010 года, были внесены изменения Приказом Минприроды России от 14 сентября 2011 года № 733.

    В этой связи особые проблемы возникли при осуществлении государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр.

    В соответствии с п. 7 Положения о государственном контроле за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр, утвержденного Правительством РФ от 25 мая 2005 года № 293, государственный геологический контроль в отношении хозяйствующих субъектов, ведущих разработку месторождений общераспространенных полезных ископаемых (ОРПИ), а также участков недр местного значения, осуществляют органы государственной власти субъектов Российской Федерации.

    При этом, на основании вышеупомянутого Приказа Минприроды России от 14 сентября 2011 года № 733 практически все такие хозяйствующие субъекты по территории Саратовской области перешли под федеральный государственный экологический надзор.

    При  указанных обстоятельствах Министерство не в полной мере может реализовывать свои полномочия по осуществлению регионального государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр в отношении организаций.

    В этой связи предлагаем признать утратившим силу пункт 3 статьи 65 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» и осуществить перераспределение объектов надзора.

    4. Ряд противоречий и пробелов имеется также в Федеральном законе от 26 декабря 2008 года № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

    Так, в силу п. 8 ст. 9 названного Федерального закона, основанием для включения плановой проверки в ежегодный план проведения плановых проверок является истечение трех лет со дня государственной регистрации юридического лица, индивидуального предпринимателя либо со дня окончания проведения последней плановой проверки юридического лица, индивидуального предпринимателя.

    При этом, в Федеральном законе не оговаривается, на какой момент необходимо отсчитывать трехгодичный срок – на момент формирования ежегодного плана проверок или на момент предполагаемого начала проверки конкретного хозяйствующего субъекта.

    В соответствии с  п. 12 ст. 9 Федерального закона № 294-ФЗ о проведении плановой проверки юридическое лицо, индивидуальный предприниматель уведомляются органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля не позднее чем в течение трех рабочих дней до начала ее проведения посредством направления копии распоряжения или приказа руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля о начале проведения плановой проверки заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении или иным доступным способом.

    Оборот «не позднее, чем в течение трех рабочих дней до начала ее проведения» по смыслу предполагает скорее уведомление хозяйствующего субъекта в течение трех рабочих дней, предшествующих началу проведения проверки. Практика же складывается таким образом, что органы государственного надзора уведомляют хозяйствующие субъекты (в целях максимального обеспечения соблюдения их процессуальных прав) не менее, чем за три дня до начала проведения проверки.

    Таким образом, исходя из конструкции положения п. 12 ст. 9 Федерального закона № 294-ФЗ, неясно, какой смысл законодателем вкладывался в указанное положение.

    Согласно п. 4 ст. 9 того же Федерального закона с учетом изменений, внесенных Федеральным законном № 242-ФЗ, в ежегодный план проведения плановых проверок помимо юридических лиц и индивидуальных предпринимателей могут быть также включены филиалы, представительства, обособленные структурные подразделения юридических лиц.

    При этом, в силу п. 1 ст. 9 указанного Закона предметом плановой проверки по-прежнему является соблюдение обязательных требований юридическим лицом и индивидуальным предпринимателем.

    В той же части с п. 4 ст. 9 Федерального закона вступает в противоречие со ст.ст. 16, 17 названного Федерального закона, в которых также отсутствует информация о филиалах, представительствах, обособленных структурных подразделениях юридических лиц.

    Например, в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 17 Федерального закона № 294-ФЗ в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований должностные лица органа государственного контроля (надзора) обязаны выдать предписание юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю об устранении выявленных нарушений. В этой связи неясно, кому выдавать предписание в случае проведения проверкифилиала, представительства, обособленного структурного подразделения юридического лица. 

    Предлагаем привести в соответствие данные положения Закона.

    5. Некоторые пробелы в правовом регулировании имеются в области охраны и использования водных объектов.

    Так, ч. 1 ст. 8.13 КоАП РФ устанавливается административная ответственность за нарушение водоохранного режима на водосборах водных объектов, которое может повлечь загрязнение указанных объектов или другие вредные явления.

    При этом, ст. 65 Водного кодекса РФ предусматривается специальный режим водоохранных зон и устанавливаемых в их границах прибрежных защитных полос, на территории которых вводятся дополнительные ограничения хозяйственной и иной деятельности.

    Водоохранный режим на водосборах (более корректным является термин «водосборная площадь») водных объектов ничем не регламентируется, вследствие чего возникают проблемы при применении ч. 1 ст. 8.13 КоАП РФ на практике.

    Существенным пробелом в правовом регулировании является отсутствие законодательно установленного размера водоохраной зоны для прудов.

Пунктом 2 ч. 15 ст. 65 Водного кодекса РФ устанавливается запрет на размещение в границах водоохранных кладбищ, скотомогильников, мест захоронения отходов производства и потребления, химических, взрывчатых, токсичных, отравляющих и ядовитых веществ, пунктов захоронения радиоактивных отходов. При этом, многочисленные рейды на предмет выявления нарушений в границах водоохранных зон и прибрежных защитных полос водных объектов, проводимые государственными инспекторами Министерства, показали, что на практике в подавляющем большинстве случаев имеет место захламление рассматриваемых территорий отходами производства и потребления либо древесной растительностью. Учитывая, что места захламления отходами либо древесной растительностью не являются объектами размещения (хранения и захоронения) отходов в смысле, придаваемом указанным объектам соответствующими положениями ФЗ «Об отходах производства и потребления», захламление отходами нельзя расценивать как нарушение п. 2 ч. 15 ст. 65 Водного кодекса РФ.

В этой связи открытым остается вопрос правоприменения, в частности, вопрос привлечения виновных лиц к установленной законом ответственности при выявлении в водоохранных зонах водных объектов территорий, захламленных отходами.

В силу ч. 17 той же ст. 65 в границах прибрежных защитных полос наряду с установленными частью 15 настоящей статьи ограничениями запрещается также распашка земель. Практическое применение данного положения затрудняет отсутствие определения понятия «распашки земель». Неясно, что именно под ней подразумевается, к какой категории должна относиться земля, в какой степени необходима «распашка земель», чтобы были основания для привлечения лица к административной ответственности.

Водным кодексом РФ сегодня не приводятся определения и других значимых для практического применения понятий, таких как, например, «засорение вод» и «загрязнение вод».

Кроме того, представляется необходимым внести в Приказ Минприроды России от 14 сентября 2011 года №763 «Об утверждении административного регламента по предоставлению органами государственной власти субъектов Российской Федерации государственной услуги в сфере переданного полномочия Российской Федерации по предоставлению водных объектов или их частей, находящихся в федеральной собственности и расположенных на территории субъектов Российской Федерации, в пользование на основании решений о предоставлении водных объектов в пользование» изменение, дополнив перечень оснований (пункт 14.1 Приказа) для мотивированного отказа в предоставлении водного объекта в пользование частью третьей следующего содержания:

«Мотивированный отказ в предоставлении водного объекта в пользование для целей сброса сточных вод направляется заявителю также в случае осуществления сброса в водные объекты сточных вод, не подвергшихся санитарной очистке, обезвреживанию (исходя из недопустимости превышения нормативов предельно допустимых концентраций вредных веществ в водных объектах).».

В рамках осуществления отдельных полномочий Российской Федерации в области водных отношений, переданных субъектам Российской Федерации, в части предоставления водных объектов или их частей, находящихся в федеральной собственности и расположенных на территории субъектов РФ, в пользование на основании договоров водопользования, уполномоченным органом Саратовской области, которым является министерство природных ресурсов и экологии Саратовской области, проводится работа по подготовке и заключению договоров водопользования в части использования акватории водного объекта, право на заключение которого приобретается на аукционе.

         Аукционы проводятся в соответствии с порядком, установленным постановлением Правительства Российской Федерации от 14 апреля 2007 года №230 «О договоре водопользования, право на заключение которого приобретается на аукционе, и о проведении аукциона» и приказом Минприроды от 12 марта 2012 года № 57 «Об утверждении Административного регламента по предоставлению органами государственной власти субъектов Российской Федерации государственной услуги в сфере переданного полномочия Российской Федерации по предоставлению водных объектов или их частей, находящихся в федеральной собственности и расположенных на территориях субъектов Российской Федерации, в пользование на основании договоров водопользования». Вместе с тем, при проведении аукционов на практике возникает ряд проблем.

1). Проведение аукциона на заявленный участок акватории растягивается на длительный срок, как правило, длится месяцами и не может быть закончено в течение одного рабочего дня.  В соответствии с вышеуказанными нормативными правовыми актами, начальная цена предмета аукциона устанавливается в размере, не превышающем 5% размера платы за пользование водным объектом.  Размер платы определяется в зависимости от площади акватории и ставки платы. Запрашиваемые участки акватории в основном имеют небольшую площадь (от 0,0002 кв.км до 0,2 кв.км), а ставки платы установлены в пределах от 30,48 до 32 тыс. руб. за 1 кв.км используемой акватории в год. Аукцион проводится путем повышения начальной цены предмета аукциона на шаг аукциона, шаг аукциона устанавливается в размере 5% начальной цены предмета аукциона.

Анализ результатов аукционов, проведенных отделом водных ресурсов Нижне-Волжского бассейнового водного управления по Саратовской области и министерством природных ресурсов и экологии Саратовской области,  показывает, что в основном начальная цена предметов аукционов находится в пределах от 0,3 руб. до 304,0 руб., при этом шаг аукциона составляет  от 2 копеек  до 15,2  руб.

В настоящее время по одному из незавершенных аукционов очередное заседание аукционной комиссии министерства природных ресурсов и экологии Саратовской области было закончено на шаге №9504 с ценой предмета аукциона 144749,0 руб. (начальная цена составляла 304,0 руб.). Участники аукциона выражают недовольство длительностью и низким шагом аукциона и по данным вопросам неоднократно обращались с жалобами в контролирующие органы. Поступают предложения поднять цену на усмотрение одного из участников аукциона, при этом другие участники данное предложение не поддерживают.

Вследствие изложенного, в целях оптимизации процедуры проведения аукциона считаем целесообразным рассмотреть возможность увеличения ставки платы за использование акватории поверхностных водных объектов или их частей, которое повлечет за собой увеличение начальной цены предмета аукциона и шага аукциона или внести соответствующие изменения в нормативные правовые акты, регулирующие вопросы проведения аукциона по приобретению права на заключение договора водопользования, предусмотрев возможность увеличения цены предмета аукциона независимо от  шага аукциона.

2). Предлагаем установить  процедуру принятия мер к участникам аукциона, которые уклоняются от оплаты предмета аукциона, последовательность действий организатора аукциона в случаях отказа победителя аукциона от оплаты суммы предмета аукциона.

3). В связи с участившимися случаями отказа победителя от оплаты предмета аукциона считаем целесообразным создание реестра недобросовестных участников аукционов, в соответствии с которым, внесенные в него участники, ставшие два и более раз победителями аукционов и отказавшиеся от оплаты предмета аукциона, не допускаются к участию в последующих  аукционах по приобретению права на заключение договора водопользования.

Кроме того, предлагаем рассмотреть возможность внесения изменений в вышеназванные нормативные правовые акты в части возврата и удержания задатка при проведении аукциона, исключив положение о необходимости возврата внесенного задатка единственному участнику  аукциона, в случае его отказа от заключения договора водопользования.

 6. Некоторые проблемы имеют место в сфере правового регулирования недропользования.

В силу п. 6 ст. 10.1 Закона РФ «О недрах» основанием возникновения права пользования участками недр является предоставлении по результатам аукциона права пользования участком недр местного значения, включенным в перечень участков недр местного значения, утвержденный органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, для разведки и добычи общераспространенных полезных ископаемых или для геологического изучения, разведки и добычи общераспространенных полезных ископаемых.

Порядок подготовки, рассмотрения, согласования перечней участков недр местного значения или отказа в согласовании таких перечней утвержден Приказом Роснедр от 15.06.2012 г. № 687. Учитывая тот факт, что Перечень участков недр включает сведения об их местоположении, координатах, виде полезного ископаемого, содержащегося в пределах соответствующего участка недр, информацию об отсутствии или наличии на указанных участках недр особо охраняемых природных территорий местного, регионального, федерального значения, а также предусматривает длительную процедуру согласования, подготовка Перечня требует существенных временных затрат.

Таким образом, в общей сложности срок предоставления права пользования недрами увеличивается приблизительно до 135 дней (4,5 месяца).

Возможно сложившаяся ситуация приемлема для крупных предприятий и месторождений, распоряжение которыми относится к полномочиям Российской Федерации (месторождения нефти, газа, рудных полезных ископаемых). Существующее правовое регулирование в отношении участков недр местного значения приводит к затягиванию предоставления права пользования недрами, и, как следствие, уменьшению количества недропользователей.

Необходимо отметить, что от объема добытого полезного ископаемого зависит величина налога на добычу общераспространенных полезных ископаемых, поступающего в бюджет области (ст.ст. 339, 340 Налогового кодекса РФ (часть первая)).

С учетом того, что в основном на территории Саратовской области добычу общераспространенных полезных ископаемых осуществляют предприятия, относящиеся к субъектам малого и среднего бизнеса,  затягивание процесса предоставления права пользования недрами и, соответственно, уменьшение количества недропользователей приведет к снижению поступлений в бюджет Саратовской области.

В этой связи, в законодательстве о недрах необходимо сделать оговорку, какие именно участки недр местного значения следует включать в вышеуказанный Перечень.

Пунктами 2, 3 части 2 статьи 20 Закона РФ «О недрах» предусмотрено, что право пользования недрами может быть досрочно прекращено, приостановлено или ограничено органами, предоставившими лицензию, в случаях нарушения существенных условий лицензии (пункт 2), систематического нарушения пользователем недр установленных правил пользования недрами (пункт 3).

 При этом законодательством о недрах не конкретизируется, что следует подразумевать под существенными условиями лицензии, а также, что является систематическим нарушением правил пользования недрами. В данной связи указанные понятия требуют уточнения с целью обеспечения надлежащей процедуры прекращения права пользования недрами.

Проблемные моменты возникают при привлечении к административной ответственности в области недропользования.

Так, ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ устанавливает административную ответственность за пользование недрами с нарушением условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами, и (или) требований утвержденного в установленном порядке технического проекта.

Исходя из анализа диспозиции ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ, противоправное деяние заключается в пользовании недрами с нарушением условий лицензии. Таким образом, необходимым основанием для привлечения к административной ответственности по ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ является фактическая разработка хозяйствующим субъектом участка недр, на который получена лицензия, с нарушением предусмотренных ей условий.

В случае же, если хозяйствующий субъект еще не приступил к разработке месторождения, однако, условия лицензионного соглашения нарушены (отсутствует утвержденный технический проект разработки и рекультивации месторождения, субъект, получивший лицензию, не приступил к пользованию месторождением в течение обусловленного лицензионным соглашением срока и т.д.), оснований для привлечения к административной ответственности по ст. 7.3 КоАП РФ или по какой-либо другой статье Кодекса не имеется.

7. В настоящее время согласно ч. 3 ст. 12 ФЗ «Об охране атмосферного воздуха» предельно допустимые выбросы устанавливаются территориальными органами федерального органа исполнительной власти в области охраны окружающей среды для конкретного стационарного источника выбросов вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух и их совокупности (организации в целом). Данное положение корреспондирует пунктам 6, 9 Положения о нормативах  выбросов вредных  (загрязняющих)  веществ  в атмосферный  воздух  и вредных физических воздействий на него, утвержденного Постановлением Правительства от 2 марта 2000 года № 183.

Вместе с тем, в силу ч. 1 ст. 14 ФЗ «Об охране атмосферного воздуха» выброс вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух стационарным источником допускается на основании разрешения, выданного территориальным органом федерального органа исполнительной власти в области охраны окружающей среды, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды, в порядке, определенном Правительством Российской Федерации.

Таким образом, в целях приведения в соответствие ст. 12 и ст. 14 ФЗ «Об охране атмосферного воздуха» является целесообразным предоставить соответствующие полномочия по утверждению предельно допустимых выбросов вредных (загрязняющих) веществ в атмосферный воздух от соответствующих стационарных источников на объектах хозяйственной и иной деятельности, подлежащих региональному государственному экологическому надзору, органам государственной власти субъектов РФ.

8. Ряд проблемных моментов существует в области правового регулирования деятельности по обращению с отходами.

В настоящее время разработан проект федерального закона N 584399-5 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об отходах производства и потребления» и другие законодательные акты Российской Федерации в части экономического стимулирования деятельности в области обращения с отходами», который направлен на устранение коллизий и пробелов в рассматриваемой сфере правоотношений.

Так, например, в проекте приводятся понятия, не существующие в действующем законодательстве об отходах («твердые коммунальные (бытовые) отходы», «однородные группы отходов», «упаковка» и др.). Проектом обоснованно предлагается вернуть органам государственной власти субъектов РФ полномочия по установлению нормативов образования отходов и лимитов на их размещение для объектов хозяйственной и иной деятельности, подлежащих региональному государственному экологическому надзору, а также предоставить полномочия по приему отчетности об образовании, использовании, обезвреживании, о размещении отходов, предоставляемой в уведомительном порядке субъектами малого и среднего предпринимательства, за исключением объектов хозяйственной и иной деятельности, подлежащих федеральному государственному экологическому надзору, другие полномочия. 

Названным проектом предусмотрено, что Федеральный закон вступает в силу с 1 января 2016 года за исключением отдельных положений. Однако в целях обеспечения актуальности регулируемых Федеральным законом правоотношений, а также, принимая во внимания тот факт, что рассматриваемый проект Федерального закона был принят Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении в октябре 2011 года, предлагаем внести изменения в законопроект, предусмотрев дату вступления его в силу с 1 января 2015 года.

9. Согласно ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ (в ред. Федерального закона от 18.07.2011 N 242-ФЗ) не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона, в том числе доказательств, полученных при проведении проверки в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля.

По смыслу указанного положения в приведенной редакции, не допускается использование как доказательств, полученных с нарушением закона, так и доказательств, полученных в ходе проведения проверки.

В этой связи, в целях устранения двусмысленности в толковании названного положения ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ следует изложить в новой редакции:

«3. Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона, в том числе доказательств, полученных с нарушением закона при проведении проверки в ходе осуществления государственного контроля (надзора) и муниципального контроля.».

 

 

Министр природных ресурсов

и экологии Саратовской области                                                И.Н. Потапов 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Степанова Д.А.

8 (845 2) 29-22-42

Меню

Новости экологии

Яндекс.Метрика