Правовой режим защитных лесов: вопросы правоприменения. Д.А. Пилипенко. 19.11.12

Правовой режим защитных лесов: вопросы правоприменения 

Д.А. Пилипенко

 

19 ноября 2012 года                                                                                  г. Москва

 

 

Обсуждая актуальные вопросы защиты лесов, невозможно оставить без внимания отдельные аспекты правового регулирования защитных лесов.

В первую очередь хотелось бы остановиться на запретах, предусмотренных Лесным кодексом и установленных в целях сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов.

По общему правилу Лесной кодекс запрещает сплошные рубки в защитных лесах.

В качестве исключения называются два случая:

Во-первых, когда строительство, реконструкция, эксплуатация объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, не запрещены или не ограничены в соответствии с законодательством Российской Федерации.

И, во-вторых, если выборочные рубки не обеспечивают замену лесных насаждений, утрачивающих свои средообразующие, водоохранные, санитарно-гигиенические, оздоровительные и иные полезные функции, на лесные насаждения, обеспечивающие сохранение целевого назначения защитных лесов и выполняемых ими полезных функций.

Но в различных категориях защитных лесов законодатель дополнительно определяет различные исключения из установленного запрета на осуществление сплошных рубок.

 В частности, в лесах, расположенных в водоохранных зонах, сплошные рубки лесных насаждений допускаются только в случае, когда строительство, реконструкция, эксплуатация объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, не запрещены или не ограничены в соответствии с законодательством Российской Федерации.

 Для сравнения, в лесах, выполняющих функции защиты природных и иных объектов, сплошные рубки возможны в трех случаях. Первые два повторяют общую норму, приведенную в части 4 статьи 17 Лесного кодекса.

Причем статья 105 дважды отсылает к одной и той же норме. Сначала через часть 4 статьи 17, а потом непосредственно направляет к части 5¹ статьи 21. Такое «утяжеление» кодифицированного акта вряд ли можно назвать разумным. 

В качестве третьего исключения статья 105 Лесного кодекса называет проведение сплошных рубок в зонах с особыми условиями использования территорий, на которых расположены соответствующие леса, если режим указанных зон предусматривает вырубку деревьев, кустарников, лиан.

Даже в ценных лесах сплошные рубки допускаются в случаях, приведенных в части 4 статьи 17 Лесного кодекса. Правда статья 106 страдает тем же пороком, что и статья 105. Я имею в виду «двойную отсылку».

Из приведенных выше норм видно, что сплошные рубки лесных насаждений в случае, если выборочные рубки не обеспечивают замену поврежденных лесных насаждений на лесные насаждения, обеспечивающие сохранение целевого назначения защитных лесов и выполняемых ими полезных функций, не возможны в лесах, расположенных в водоохранных зонах.

Логично напрашивается вопрос: а как быть со сплошными санитарными рубками на указанных территориях? Как поступать, если в результате ветровала или иного стихийного бедствия повреждена значительная площадь лесного фонда, и требуется проведение именно сплошной санитарной рубки?

Здесь необходимо отметить, что, изменив понятийный аппарат, Лесной кодекс  не дал четких и конкретных определений сплошных и выборочных рубок, а также их классификации. Не вносят определенности в данный вопрос и действующие подзаконные акты.

Однако, если нормы Лесного кодекса понимать буквально, то запрет на сплошные рубки в лесах, расположенных в водоохранных зонах, распространяется и на сплошные санитарные рубки.

Особенно актуален данный вопрос для регионов, где количество водных объектов достаточно высоко. Так в нашей области лесные площади составляют 12,0 млн.га, из них 1,8 млн. га - защитные леса, из которых 1,3 млн. га водоохранные зоны. На территории области находится 167 озер и 1306 рек, и большая часть из них окружена лесами.

Похвально стремление законодателя обеспечить сохранение лесных массивов, выполняющих водоохранные функции. Но в каждом деле – главное не переусердствовать. О каком надлежащем уходе за лесами можно говорить, если проведение сплошных санитарных рубок в правовом поле не представляется возможным.

Поэтому очевидно, что Лесной кодекс, в том числе и статья 104, требует корректировки. Заодно предлагаю устранить логический сумбур двойных отсылок.

Итак, в статье 104 слова и цифры «частью 5¹ статьи 21» предлагается заменить словами и цифрами «частью 4 статьи 17»,

в статьях 105, 106, 107 слова и цифры «частью 5¹ статьи 21» предлагается исключить.

Говоря о правовом режиме защитных лесов, невозможно не остановиться еще на одном запрете – запрете размещения объектов капитального строительства в защитных лесах.

С одной стороны запрет на размещение объектов капитального строительства установлен для всех категорий защитных лесов. С другой стороны отдельные виды использования лесов, в том числе и осуществление рекреационной деятельности, предусматривают строительство временных построек. Но где грань между временной постройкой и объектом капитального строительства?

На этот вопрос не дает однозначного ответа не только действующее законодательство, но и судебная практика. Например, у нас в регионе в рамках судебного производства одни и те же объекты были признаны разными экспертными организациями и временными постройками, и объектами капитального строительства.

Такая неопределенность порождает многочисленные судебные споры и негативно сказывается на состоянии лесов, в том числе и лесных насаждений, выполняющих защитные функции.

Давайте выработаем общие правила игры, что и где можно возводить, потому что употребление таких неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера как «временная постройка, объект капитального строительства» является коррупциогенным фактором, содержащим неопределенные, трудновыполнимые и обременительные требования к гражданам и организациям.

Как один из вариантов решения проблемы можно предложить запрещение в защитных лесах возведения не только объектов капитального строительства, но и иных зданий, строений, сооружений, в том числе временных построек, определив при этом перечень исключений из общего правила для разных категорий защитности.

Подводя итог вышесказанному, хотелось бы отметить, что запретительные нормы только тогда являются действенным механизмом правового регулирования, когда существует реальная возможность их выполнения со стороны правоприменителя, запрет подкрепляется карательными мерами, а уровень развития общественных отношений стимулирует каждого индивида к построению своей деятельности в четком соответствии с правовой регламентацией.

 

 

 

Меню

Яндекс.Метрика