Стенограмма круглого стола "Актуальные проблемы правового регулирования недропользования в целях снижения НВОС" 12.11.15г.

 

С Т Е Н О Г Р А М М А "круглого  стола" Комитета Государственной Думы по природным ресурсам,

природопользованию и экологии на тему: "Актуальные проблемы правового регулирования

недропользования в целях снижения негативного воздействия на окружающую среду"

 

Здание Государственной Думы. Малый зал.

12 ноября 2015 года. 11 часов.

 

 Председательствует первый заместитель председателя Комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии И.И.Никитчук

 

Председательствующий. Уважаемые коллеги, начинаем работу. Доброе утро.

Сегодня "круглый стол" буду вести я, первый заместитель председателя комитета Никитчук Иван Игнатьевич. Председатель комитета Кашин Владимир Иванович по объективной причине не может сегодня присутствовать,  но он с нами и он просил передать вам самые тёплые приветствия и пожелать успехов в работе нашего форума. Я хочу   присоединиться  к нему и поблагодарить всех присутствующих, особенно тех, кто прибыл из регионов, за то, что вы нашли время, чтобы приехать в нашу столицу и обсудить этот актуальный вопрос.

Мне кажется, что актуальность  вопроса, который стоит сегодня в повестке дня, не вызывает сомнений, во-первых, потому что минерально-сырьевой комплекс страны даёт более половины доходов бюджета, почти половину валютных поступлений. И в течение ближайшего десятилетия социально-экономическое развитие страны, её экспортный потенциал во многом будут определяться состоянием именно этой отрасли. Ну и, во-вторых, данная отрасль является своеобразным лидером в списке источников наиболее сильного негативного воздействия на окружающую среду.

В части выбросов в атмосферу. На долю добычи полезных ископаемых приходится треть объёмов, примерно 5 миллионов тонн вредных веществ в год из 17-ти, которые выбрасываются стационарными источниками. Особое внимание уделялось в последние годы загрязнению атмосферного воздуха попутным нефтяным газом и продуктами его сжигания. Сегодня вроде мы достигли неплохого результата: 86 процентов попутного газа утилизируется. Но, однако, та контрольная цифра, которая установлена правительством - 95 процентов - она, к сожалению, на сегодня ещё не достигнута. Если  взглянуть на отходы, образование отходов, то добыча полезных ископаемых вообще вне конкуренции, примерно около 5 миллиардов тонн в год отходов, то есть это 93 процента всех отходов, образующихся в стране.

В части негативного воздействия на водные объекты. Необходимо отметить чрезвычайную актуальность вопросов предотвращения и ликвидации аварийных ситуаций, сопряжённых с загрязнением водных экосистем добываемым сырьём. Экологический ущерб, который наносится сегодня только лишь разливом нефти и нефтепродуктов, сопоставим с объёмами прибыли, я подчёркиваю, с объёмами прибыли, получаемой от реализации добытой нефти и нефтепродуктов.

Ситуация  осложняется большим количеством и протяжённостью промысловых трубопроводов, общая продолжительность которых составляет примерно около 300 тысяч километров, и которые тоже, к сожалению, имеют свойство разрушаться. По экспортным оценкам, из 25 тысяч аварийных разливов нефти в год в поле зрения надзорных органов попадает лишь пятая часть. В результате аварийных разливов ежегодно в окружающую среду попадает от 50-ти до полутора миллиона тонн нефти и пластовых вод. Загрязнение в этой связи почвенного и растительного покрова происходит на территории около 10 тысяч гектаров земли. При разливах нефти в акваториях ситуация усугубляется тем, что нефтяное пятно в водной среде мигрирует, и это существенно усложняет ликвидацию этих катастроф.

Горячих, если можно так сказать, точек экологического бедствия на всей территории России достаточно много не только в связи с добычей нефти и газа, но и с другими полезными ископаемыми. Я приведу несколько примеров. Обострилась, например, ситуация, связанная с разработкой Еланского и Елкинского медно-никелевых месторождений в Новохопёрском районе Воронежской области. Последствие этой разработки может губительно сказаться на сохранении биоразнообразия Государственного хоперского заповедника, самой речки Хопёр, чернозёма этого района и так далее.

Непростая ситуация складывается вокруг строительства рудника, шахты и обогатительной фабрики по добыче и переработке калийных и магниевых солей в границах поселка Нивенское Багратионовского района Калининградской области.

На территории Национального парка "Бузулукский бор" до сих пор расположены буровые скважины, технические состояния которых представляют собой реальную угрозу для населения и окружающей среды.

На территории Сосновского района Челябинской области планируется добыча медных руд и строительство Томинского горно-обогатительного комбината. Реализация проекта вызывает возмущения, протесты и немалы опасения общественности, в том числе связанные с большой вероятностью образования ещё одного Карабаша. Вы знаете, это одно из самых грязных мест в Челябинской области. И всё это происходит рядом с миллионным городом Челябинском, имеющим и без того довольно серьёзные экологические проблемы. Существует угроза загрязнения основного источника питьевого водоснабжения города Челябинска и других населённых пунктов.

Можно называть другие примеры, но всех их объединяет одно обстоятельство, и я хочу это подчеркнуть, что в каждом случае владельцам предприятий, которые намереваются производить добычу и переработку сырья, каким-то образом удалось получить положительные заключения природоохранных и надзорных служб, службы по обеспечению здоровья и благополучия населения. Выданы положительные заключения глав экспертизы и так далее.

В городе Троицке всё той же Челябинской области, например, выдано добро на строительство завода по производству металлического марганца в черте города буквально в нескольких сотнях метров от жилых массивов и учебного заведения. А ведь это производство первого и второго класса опасности. И что самое главное, что здесь и отходы производства тоже первого и второго класса опасности.

В этой связи я хочу ещё раз обратиться ко всем, в том числе и к правоохранительным органам также с вопросом. Для нас что важнее: человек, его здоровье или прибыли предпринимателей, которые зачастую к тому же ещё и находятся вне России? Получается так: господам деньги, а нашим гражданам испоганенная природа и болезни. Так не пойдёт. И мы, депутаты, будем защищать конституционное право граждан на благоприятную среду обитания, будем защищать права наших избирателей. Давайте уважать собственные законы и Конституцию своей страны.

Безусловно, не все хозяйствующие субъекты и не все регионы демонстрируют безответственный подход к организации и осуществлению природоохранной деятельности. Есть и положительные примеры.

И я хочу остановиться на Республике Татарстан. В Нижнекамском районе действует предприятие АО "ТАНЕКО". Это одно из крупнейших комплексных нефтеперерабатывающих и нефтехимических предприятий в центральной части России. Продукция предприятия включает более 18 видов продуктов переработки нефти от моторных топлив европейского качества, дизельного, судового, авиационного топлива до компонентов сырья для выпуска широкого ассортимента востребованной нефтехимической продукции.

Отдельное внимание здесь при проектировании комплекса было уделено многоуровневой системе непрерывного экологического мониторинга, который позволяет предупредить любую аварийную ситуацию в самой начальной стадии его возникновения. Приборы экологического контроля расположены на каждой установке между установками на границе комплекса и на рубеже санитарно-защитной зоны. Для обеспечения защиты водной среды предусмотрены очистные сооружения с полным циклом очистки всех образующихся стоков.

Для захоронения неутилизируемых отходов, предотвращения загрязнения почвы предусмотрен специальный полигон, соответствующий современным требованиям.

Акционерное общество "Нижнекамскнефтехим" –  это тоже одна из крупнейших нефтехимических компаний Европы. Основана компания в 1967 году. На сегодняшний день она занимает лидирующее положение и позиции по производству синтетических каучуков, пластиков в Российской Федерации.

В ассортименте выпускаемой продукции более ста наименований. Особо следует отметить, что на предприятии решена проблема утилизации нефтешламов. Это огромная проблема. Эти отходы перерабатываются до четвёртого класса  опасности и в дальнейшем используются в целях рекультивации.

Вот учитывая всё это сказанное, я хочу сказать, что и можно констатировать тот факт, что недропользование является видом экономической деятельности, сопряжённым со значительной нагрузкой на окружающую среду. Но при ответственном подходе такая нагрузка может быть эффективно минимизирована.

Уважаемые коллеги, я хочу напомнить, что ещё в законе РСФСР от 19 декабря 1991 года "Об охране окружающей природной среды" было установлено, я цитирую: "...каждый гражданин имеет право на охрану здоровья от неблагоприятного воздействия окружающей природной среды, вызванного хозяйственной или иной деятельностью (аварий, катастроф, стихийных бедствий)".

Данный закон определил также перспективные обеспечивающие механизмы, такие как наилучшие, доступные технологии, рациональное использование ресурсов по средствам вовлечения отходов в хозяйственный оборот, экологическое страхование и другие. Напомню, что это был 1991 год.

К сожалению, на протяжении почти четверти века ни один из этих перспективных механизмов так и не был вовлечён в процесс обеспечения качества окружающей среды. Об этом горько говорить, ведь последствия такого положения вещей заметно ощутили на себе миллионы граждан.

И только сейчас процесс постепенного внедрения названных механизмов уже начинается. В целях обеспечения экологической безопасности от возможных разливов нефти от добычи на шельфе с 1 июля 2013 году вступил в силу федеральный закон номер 287 "О внесении изменений в Федеральный закон "О континентальном шельфе Российской Федерации". Указанный закон установил обязанности организаций, осуществляющих деятельность на морских акваториях, принимать в соответствующей мере по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов.

В декабре 2013 года принят закон 408-й "О внесении изменений в закон Российской Федерации "О недрах", который предусматривает обязательства недропользователей по обеспечению безопасности горных выработок, буровых скважин и иных, связанных с использованием недр, сооружений, расположенных в границах предоставленного в пользование участка недр.

В 2014 году нам удалось, я хочу это подчеркнуть, принять ряд прорывных по своей сути законодательных правительственных инициатив, заложивших основу обеспечения эффективной системы экологической безопасности. Это, прежде всего, закон 219-й "О внесении изменений в Федеральный закон "Об охране окружающей среды и отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Как мы говорим, это базовый закон, в котором нашёл отражение целый комплекс природоохранных мер, включая уточнение понятийного аппарата, основные принципы охраны окружающей среды, дополненные обязательностью финансирования юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями мер по предотвращению негативного воздействия на окружающую среду, устранение последствий этого воздействия. Расширены полномочия органов государственной власти. Дифференцирован подход к применению мер государственного регулирования в отношении объектов хозяйственной и иной деятельности.

Правовое воплощение получила новая система нормирования в области охраны окружающей среды. Определено правовое регулирование вопросов внедрения наилучших доступных технологий. Оптимизирована система государственного экологического надзора. Усовершенствован механизм экологической отчётности. Введены реальные механизмы экономического стимулирования, усовершенствован механизм платы за негативное воздействие на окружающую среду, пересмотрена административная ответственность за нарушение экологического законодательства, сделан значительный шаг к возрождению государственной экологической экспертизы. 

Несомненно, что этот закон должен сыграть положительную роль и в обновлении техническом нашего Топливно-энергетического комплекса. Износ основных фондов отрасли составляет более 60 процентов при среднем сроке эксплуатации оборудования около 30 лет.

Не менее важным законодательным решением было и принятие закона номер 458 "О внесении изменений в Федеральный закон "Об отходах производства и потребления". Благодаря данному законодательному акту, удалось создать эффективные экономические стимулы по вовлечению отходов в хозяйственный оборот в качестве вторичных материальных ресурсов. При этом уточнены полномочия органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации с целью сокращения количества отходов, которые направляются на захоронение; закреплен механизм освобождения хозяйствующих субъектов от платы за негативное воздействие на окружающую среду при размещении ими отходов в местах, которые исключают, или на объекты, которые исключают воздействие на окружающую среду. Реализация этой нормы будет стимулировать создание экологически безопасных объектов размещения отходов.

Установлена обязанность производителя продукции утилизировать, обезвреживать или захоранивать произведенную им продукцию, утратившую потребительские свойства. Устранены некоторые неточности и в понятийном аппарате.

Хочу подчеркнуть, что вне зависимости от кризисных явлений нормы всех названных выше законодательных актов должны реализовываться. Другого не дано.

Практическая реализация указанных законов требует очень серьезной работы нашего правительства над подзаконными актами. Их будет более трех десятков. И такая работа уже сегодня ведется. Несколько документов принято, но основная работа ещё впереди. Надеемся, что правительство, в частности, наше Министерство природных ресурсов и экологии с этой работой справится в срок. От того, насколько проработанными будут эти акты, зависит, без преувеличения, половина успеха уже принятых законодательных решений.

В решении экологических проблем, уважаемые коллеги, играет важную роль и ряд других вопросов, законодательное решение которых ещё предстоит закрепить. В частности, это проблема кадров. К сожалению, из года в год сокращается количество профессиональных образовательных учреждений, которые готовят квалифицированных кадров, специалистов, рабочих.

Весьма актуальным является развитие экологического образования. Без наличия достаточного объема знаний в области охраны окружающей среды, без сформированного в обществе экологического мировоззрения ни оно из законодательных решений не будет в достаточной степени эффективно реализовываться.

Например, реализация 219-го закона, о котором я говорил, предполагающего перевод абсолютного большинства отраслей экономики на рельсы наилучших доступных технологий, при отсутствии специалистов, обладающих всей полнотой знаний в этой новой для России области, просто невозможно. Принимая во внимания сроки его вступления в силу отдельных положений, сроки вступления закона в силу отдельных положений данного федерального закона, нам необходимо уже сегодня принимать решения, связанные с перспективным кадровым обеспечением экономики.

Реализация 458-го закона об отходах также не представляется возможным без развития экологической культуры наших граждан. Более того, в контексте рассматриваемой темы нельзя не обратить внимание на нехватку профессиональных специалистов аварийно-спасательных служб.

Таким образом, формирование экологической культуры, развитие экологического профессионального образования являются одной из основополагающих задач достижения стратегических целей государственной политики в области экологического развития. А это и экологически ориентированный рост экономики, и сохранение благоприятной окружающей среды, и биологического разнообразия природных ресурсов для удовлетворения нашего и будущих поколений, реализация права каждого из нас на благоприятную окружающую среду.

Не менее пристального внимания требуют вопросы развития экологического аудита и связанной с ним деятельности и как логического продолжения выбранного вектора развития государственной политики в области охраны окружающей среды.

Вопросы накопленного экологического ущерба стоят в повестке дня. Очень остро стоят вопросы по выводу из эксплуатации горных выработок, карьеров и так далее, что сегодня является одной из острейших проблем, особенно когда банкротятся предприятия, эти объекты вообще становятся бесхозными.

Я хотел бы, пользуясь случаем, обратить внимание присутствующих на то, что значительную роль в снижении негативного воздействия на окружающую среду абсолютного большинства отраслей экономики играют общественные экологические организации и другие объединения граждан. Инструменты общественного экологического контроля неоднократно подтверждали свою эффективность.

Комитет всегда приветствует тех, кто занимает активную позицию в вопросах охраны окружающей среды, борется совместно с нами, отстаивая интересы природы и населения от вредного воздействия.

От имени Комитета Государственной Думы по природным ресурсам, природопользованию и экологии хочу выразить глубокую благодарность всем экологическим организациям, всем экологам, всем, кто болеет и активно действует по защите и сохранению нашей русской природы, её красот для всех нас и наших потомков.

И в заключение я остановлюсь на вопросах финансового обеспечения охраны окружающей среды.

Завтра мы будем рассматривать проект федерального бюджета на 2016 год. Исходя из внесённого правительством текста, расходы федерального бюджета в 2016 году на реализацию государственной программы "Охрана окружающей среды" на 2012-2020 годы предложены в размере 33,4 миллиарда рублей. Это, конечно, копейки вообще в масштабе нашей огромной страны.

По сравнению с плановыми объёмами финансирования, заложенными в бюджете на 2015-2017 годы, размеры бюджетных ассигнований на охрану природы уменьшены ещё на 2,5 миллиарда рублей.

И несмотря на то, что такое сокращение расходов оправдывается применением общих подходов к формированию проекта бюджета, кризисом и так далее, комитет заявляет, что экономить на вопросах охраны окружающей среды, финансировать природоохранные мероприятия по остаточному принципу - в корне неверное решение, влекущее за собой серьёзные последствия. Финансовые, политические кризисы - это явления временные.

В этой связи ставить под угрозу цели сохранения благоприятной окружающей среды, сохранение и приумножение природных богатств, оправдывая бездействие временным явлением в экономике, по сути, кощунственно.

От того, насколько эффективно мы будем идти по намеченному пути, без преувеличения, зависит будущее наших детей, внуков и то, в каких условиях им и нам с вами придётся жить.

Убеждён, у нас есть все возможности принимать правильные решения во имя общей цели, благополучия и стабильности, во имя будущего России.

Приглашаю всех к дискуссии. Спасибо. (Аплодисменты.)

Спасибо.

Уважаемые коллеги, я предоставляю слово Алексею Владимировичу Орёл, директору Департамента государственной политики и регулирования в области геологии и недропользования Минприроды.

Пожалуйста, Алексей Владимирович.

Орёл А.В. Спасибо, Иван Игнатьевич.

Добрый день, уважаемые депутаты и уважаемые коллеги! Вопросы правового регулирования недропользования в целях снижения негативного воздействия на окружающую среду занимают центральное место в деятельности Минприроды.

И хотя сегодня речь пойдёт о регулировании экологических вопросов при недропользовании, которое здесь представляю я, вопросы эти комплексные и находятся в сфере деятельности нескольких подразделений министерства. Поэтому я постараюсь кратко остановиться на ключевых проблемах и фактах, связанных в основном с недропользованием, мои коллеги здесь дополнят при необходимости меня информацией о деятельности по другим аспектам экологической охраны нашего министерства.

Проблемы, затронутые в моём докладе, в общем, были достаточно полно охарактеризованы и основном докладе Ивана Игнатьевича, а также в подготовленных рекомендациях "круглого стола", поэтому я не буду повторять, я просто постараюсь дополнить определёнными фактами и нашим пониманием ключевых проблем.

Прежде всего, хотелось бы остановиться на проблемах разливов нефти и нефтепродуктов. Конечно, проблема чрезвычайно серьёзная. Основными причинами большого количества объёмов разливов нефтепродуктов и аварий можно назвать изношенность основных фондов, неоперативное реагирование на аварии и происшествия и последующую неслаженность действий.

По поводу оперативности реагирования, вопрос действительно комплексный, он касается вопроса, также затронутого в основном докладе, проблем надзорных органов. Я могу сказать, что в принципе большую часть, большую половину информации о разливах министерство получает, до недавнего времени, по крайней мере, получало в основном от общественных организаций, а только вторую половину от надзорных органов и собственно от нефтегазовых компаний.

Минприроды работа по этому направлению ведётся, с этой целью был принят законопроект "О внесении изменений в закон "Об охране окружающей среды" в части соблюдения требований законодательства, экологического законодательства, на протяжении всего цикла геологоразведочных работ, при разведке месторождений, добыче, переработке, транспортировке и хранении как на территории, так и на континентальном шельфе, внутренних морских водах Российской Федерации.

Также подготовлен законопроект "О внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях", которым предусматриваются меры административной ответственности за нарушения, связанные с невыполнением требований по предупреждению и ликвидации разливов нефти.

Отдельно, конечно, проблема существует разливов, предотвращения разливов на континентальном шельфе. Понятно, что морская добыча нефти представляет собой наиболее опасный вид деятельности недропользования в наиболее уязвимой природной среде. Одним из механизмов регулирования вопросов обеспечения безопасности в этой сфере является система законодательных актов, принятых в соответствии с положениями Конституции, которая гарантирует гражданам права на благоприятную окружающую среду.

В целях обеспечения экологической безопасности при возможных разливах на шельфе был принят и вступил с 1 июля 2013 года также закон "О внесении изменений в закон "О континентальном шельфе и о внутренних морских водах и территориальном море", который устанавливает обязанности организаций, осуществляющих деятельность на море, принимать соответствующие меры по предупреждению и ликвидации разливов. В частности, обязательной стала подготовка и согласование планов аварийных разливов нефти ...

С 1 июля 2013 года эксплуатирующие организации обязаны выполнять план предупреждения и ликвидации разливов нефти и предусмотреть финансовое обеспечение мероприятий в рамках такого плана, а также создать системы наблюдений за состоянием морской среды.

Законом предусмотрено три способа формирования финансового обеспечения. Это банковская гарантия, договор страхования и резервный фонд. Также установлены механизмы финансового обеспечения выполнения мероприятий, предусмотренных планом по предупреждению и ликвидации разливов. Этот законопроект и эти положения, основные положения этого законопроекта, не так давно прошли достаточно подробное обсуждение у нас в министерстве на общественном совете. И достаточно интересная проблематика возникла, которая, наверное, тоже вполне уместна для обсуждения в сегодняшней аудитории. Это связано с объёмами гарантий, которые должны нести недропользователи, в частности, банковские гарантии, объём договора страхования.

Общественные организации выступили с предложением, что практически каждый недропользователь должен обеспечить гарантии практически в полном объёме ликвидации, причём объёмы при этом сравниваются с масштабами трагедии в Мексиканском заливе, или как минимум с оценками разливов нефти несколько лет назад при аварии в Керченском проливе, где цифры компенсации и ущерба в принципе были сопоставимы. Но это вопрос действительно достаточно сложный, потому что обязывать в таких объёмах нести страховые гарантии для недропользователей, в общем, будет совершенно обременительно, учитывая огромную стоимость и затратности ведения собственно работ на шельфе, дополнительные такие затраты, конечно, будут чрезвычайным обременением дополнительным.

Как вариант вполне интересный и достоин для дальнейшего обсуждения был высказан в частности членами общественного совета нашего – это создание таких внебюджетных фондов или хотя бы пулов компаний, фондов, создаваемых пулами компаний, работающих на шельфе, которые, в общем-то, будут обеспечивать определённый объём гарантий для возможных разливов нефти. При этом объёмы гарантий, конечно, должны оцениваться с учётом как общего характера работ, опять же стадийности, стадий ведения работ на шельфе. Вопрос о стадиях, кстати, также затрагивался и в основном докладе. И с учётом этого, конечно, было бы более доступным для недропользователей такой механизм внебюджетных фондов

Минприроды также подготовлен, утверждён и направлен на регистрацию в Минюст проект методики расчёта финансового обеспечения осуществления мероприятий, предусмотренных планом предупреждения и ликвидации разливов нефти. Методика также прошла достаточно широкое обсуждение и в настоящее время, в общем, находится на завершающей стадии своего утверждения.

В соответствии с законодательством для компаний предусмотрена обязанность по разработке, как я сказал, планов разливов нефтепродуктов. Однако в Кодексе об административных правонарушениях отсутствует статья, предусматривающая ответственность хозяйствующего субъекта за отсутствие такого плана. Эта, в общем, проблема достаточно системная, которую мы также сравнительно недавно с Дмитрием Михайловичем и с нашим экологическим департаментом обсуждали у министра и с нашим Росприроднадзором, вопросы о гармонизации статей Закона "О недрах", требований об экологической безопасности с возможностями надзорных органов, в частности с возможностями, предусмотренными КоАП. Сейчас мы как раз и обсуждаем вопросы приведения в соответствие тех норм, которые сейчас у нас последние два года возникли как в законодательстве об экологической безопасности, так и законодательстве о недрах с привидением их в соответствие с возможностями надзорных органов в части использования КоАП.

Серьёзной проблемой, конечно, представляется проблема бесхозяйных скважин. Проблема бесхозяйных скважин достаточно серьёзна не только потому, что это огромное количество брошенных скважин на разных стадиях своего, так сказать, умирания, но и существуют очаги чрезвычайно высокой потенциальной опасности, связанной с этими брошенными скважинами.

В частности основной момент – это скважина Астраханского газоконденсатного месторождения, где у нас чрезвычайно опасный состав подземных смесей – более 20 процентов сероводорода, более 20 процентов CO2. И при этом находится порядка 40 скважин, пробуренных в советское время, которые так и не были переданы на баланс в настоящее время организации недропользователя. И скважины очень, весьма в таком неприятном, мягко говоря, состоянии находятся. И сейчас ведётся работа как раз вот по изысканию средств и механизмов, самое главное, по возможности ликвидации таких потенциальных источников аварии.

Вот в частности именно это, также вот эта ситуация способствовала принятию поправок в Закон "О недрах", которые обязали недропользователя принять на баланс и на свою ответственность скважины, находящиеся на его участке недр. В частности, что касается Астраханских скважин, сейчас вопрос в стадии решения. Газпром, дочернее предприятие Газпрома является сейчас там основным недропользователем, и сейчас решается вопрос о передаче ему на баланс этих скважин.

Похожая ситуация также со скважинами, не сказать, что прямо аварийными, но близкими к аварийному состоянию, у нас также вот в упоминавшемся здесь проекте Бузулукского бора. Действительно, достаточно большое количество старых скважин, пробуренных в советское время, находится на территории, нет, я точнее скажу, они не находятся на территории Национального парка "Бузулукский бор", они находятся на участках, исключённых законодательно из территорий национального парка.

Собственно там впервые попытались применить механизм обязать нового недропользователя взять на себя полную ответственность за ликвидацию, ликвидацию аварийных скважин и снижение уровня потенциальной опасности. Именно это было причиной проведения конкурса на это. И вопросы обеспечения экологической безопасности и снижения уровня потенциальной и аварийной опасности скважин были ключевым требованием проведённого конкурса.

Большое внимание также уделяется вопросам охраны недр, связанным на разных стадиях процесса недропользования. Об этом также упоминалось. Сейчас, в общем, достаточно серьёзное внимание в последнее время уделяется вопросу достаточно специальному в недропользовании - это вопросу разделения процесса недропользования на этапы и стадии.

И здесь, в общем-то, действительно, возникает проблема, что на каждом этапе или на каждой стадии геологоразведочных работ, разведочных работ или уже, собственно говоря, добычи полезных ископаемых возникают различные ситуации и, видимо, различные требования к охране окружающей среды.

Если взять, например, процессы недропользования на шельфе, то, действительно, по этапам и стадиям, например, наблюдается закономерно возрастающая степень экологической опасности проводимых работ. Если на ранних стадиях геологического изучения экологический ущерб, практически, минимальный, это движение судов, проведение сейсморазведки, которые не используют взрывные источники на море, то с переходом к более продвинутым стадиям разведки, требующего бурения скважин, вопросы экологической безопасности и требований экологической безопасности, понятно, резко возрастают.

Наибольшую опасность, конечно, представляет бурение первых поисковых скважин на платформах. Потому что это всегда чрезвычайно высокий риск, риск выброса. Примерно такая ситуация имела место в Мексиканском заливе. Ну и рядом с ним по уровню экологической опасности, практически, находятся требования морской добычи на морских платформах, где наряду с целым рядом уже ставших рядовыми факторами технологического процесса добавляются требования по обеспечению сбросов сточных вод, продуктов технологического процесса и так далее.

Все эти вопросы, в общем-то, действительно, привязаны к стадийности геологоразведочного процесса. И, в общем-то, мы стараемся учитывать эти нюансы при разработке требований экологической безопасности.

Но, я думаю, что в части недропользования, конечно, это только основные вопросы, которые я затронул в части недропользования. И если будут вопросы, я, конечно, с удовольствием отвечу. Но вопросы экологической безопасности дополнит мой коллега...

Председательствующий. Спасибо, Алексей Владимирович. Спасибо. (Аплодисменты.)

Я слово предоставляю Дмитрию Михайловичу Белановичу. Подготовиться директору Департамента государственной политики в регулировании и в сфере охраны окружающей среды подготовится Коган.

Беланович Д.М. Уважаемый Иван Игнатьевич! Уважаемые коллеги! Спасибо вам за предоставленное слово.

Являясь бюджетообразующей отраслью, надропользование оказывает наиболее существенную нагрузку на окружающую среду. Большинство объектов недропользования в соответствии с нормами 219-го федерального закона и принятого в части его развития постановление правительства 1029 "Об утверждении критериев отнесения объектов, отказывающих негативное воздействие на окружающую среду", они относятся к объектам, оказывающим значительное или умеренное негативное воздействие на окружающую среду. То есть являются объектами первой или второй категории.

Эти объекты также относятся к классу повышенной опасности. Поэтому законодательством о промышленной безопасности к ним также предъявляется требование, направленное на повышение их безопасности.

Мы выделяем пять основных задач в сфере экологической безопасности при недропользовании. В первую очередь - это обеспечение безаварийной эксплуатации технологического оборудования на объектах добычи.

Во-вторых, внедрение современных технологий минимизации негативного воздействия на окружающую среду, переход к наилучшим доступным технологиям.

219-м федеральным законом установлены требования о получении комплексного экологического разрешения, если деятельность на объектах относится к области применения наилучших доступных технологий.

Проведение государственной экологической экспертизы в отношении проектной документации объектов капитального строительства обязательно для объектов первой категории и объектов второй категории.

Третья задача. Комплексная подготовка специализированных подразделений и служб к ликвидации последствий возможных аварий, в том числе экологических, а также организационного обеспечения, в том числе финансового, возможных аварий, как на суше, так и на континентальном шельфе.

Ещё одной  важной задачей является организация устойчивой обратной связи с предприятиями для получения от них оперативной и достоверной информации по конкретным случаям загрязнения окружающей среды и предпринимаемым мерам по реабилитации загрязнённых территорий и водных объектов. Завершает перечень приоритетных  задач создание эффективной системы производственного контроля и государственного надзора.

На особом контроле стоит вопрос обеспечения экологической безопасности при нефтедобыче, принятия мер для предотвращения ликвидации нефтеразливов. Существует несколько оценок износа основных фондов эксплуатирующих скважин и внутрипромысловых и межпромысловых трубопроводов. Я повторюсь, наверное, так по данным, представленным нефтедобывающими компаниями,  износ основных средств фондов составляет более 20 процентов. Однако, по оценке общественных природоохранных организаций и отдельных экспертов, износ составляет более 60 процентов при среднем сроке эксплуатации 30 лет. По информации общественных природоохранных организаций, из-за износа ежегодно происходит более 25 тысяч аварийных разливов, из которых в поле зрения надзорных органов попадает не более 5 тысяч.

Что касается оценки негативного воздействия разливов на окружающую среду, то здесь тоже наблюдается существенное расхождение. Так, по данным нефтедобывающих компаний, в ходе разливов ежегодно теряется около 10 тысяч тонн нефти и нефтепродуктов. По информации Росприроднадзора, не менее 50 тысяч тонн нефти и пластовых вод загрязнению подвергается почвенно-растительный покров на территории площадью до 10 тысяч гектар. Между тем независимыми экспертами оценивается масштаб потерь существенно выше и составляет более полутора миллиона  тонн. Коллеги, это колоссальная разница.

К сожалению, нужно констатировать, что на объектах недропользования, расположенных как на территории Российской Федерации, так и в акваториях внутренних морей и континентального шельфа, существенны и очевидны риски в области обеспечения экологической безопасности, связанные с  обозначенными выше проблемами.

Благодаря принимаемым мерам нормативно-правового регулирования, в том числе в сфере формирования экономических механизмов стимулирования недропользователей к максимально полному использованию попутного нефтяного газа, увеличение более чем в 10 тысяч штрафа за нарушение разрешения на выбросы в атмосферный воздух, повышение коэффициента к плате за негативное воздействие от продуктов сжигания ПНГ и другие меры. Вкладываемые недропользователями средства в развитие существующей структуры остаются высокими лишь только на отдельных месторождениях.

Риски экологических последствий аварий на месторождениях углеводородного сырья обусловлены, как уже отмечалось, неудовлетворительным состоянием технологического оборудования и недостаточностью вложения недропользователями средств в его реконструкцию. Несмотря на то, что в 2013 году новые правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности, согласно которым определены средние сроки замены трубопроводов (один раз в восемь лет), для того чтобы полностью модернизировать систему, компаниям необходимо вкладывать более чем 1,3 триллиона рублей в год в её модернизацию.

Наибольшую тревогу вызывает степень готовности специализированных служб ликвидации последствий аварий, а именно, загрязнение почвенно-растительного покрова и водных объектов разливами нефти и пластовыми водами. Силы и средства аварийно-спасательных формирований, привлекаемых для локализации и ликвидации разливов нефти  и нефтепродуктов, зачастую не  приведены в соответствие с нормами и минимальными оснащённостями аварийно-спасательных формирований, средствами  для проведения работ по локализации и ликвидации аварийных разливов  нефти и нефтепродуктов.

Теперь коротко я хочу затронуть вопрос обеспечения экологической безопасности при проведении и организации добычи углеводородного сырья на континентальном шельфе, в Арктической зоне. Удалённое местонахождение и отсутствие инфраструктуры может в значительной степени  осложнять работу систем реагирования. Суммарное влияние сдерживающих факторов может сделать проведение мер по ликвидации нефтяных разливов почти невозможным на протяжении длительных периодов времени в арктических и субарктических областях.

В целях обеспечения экологической безопасности от возможных разливов нефти при её добыче на шельфе разработан и вступает в силу с 1 июля 2013 года Федеральный закон 287  "О внесении изменений в Федеральный закон "О континентальном шельфе Российской Федерации" и Федеральный закон "О внутренних морских водах, территориальном море, принадлежащих зоне Российской Федерации". Указанный закон устанавливает обязанности организаций, осуществляющих деятельность в морских акваториях, принимать соответствующие меры по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов. С 1 июля 2013 года эксплуатирующие организации обязаны иметь и выполнять планы предупреждения и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов, иметь финансовое обеспечение на осуществление данных мероприятий, предусмотренных планами, а также создать систему соблюдения состояния морской среды в районе осуществления своей деятельности, в том числе, системы обнаружения разливов нефти и нефтепродуктов, системы связи и оповещения о разливах нефти.

Кроме того, с 2013 года во всех вновь выдаваемых лицензиях в Арктике фиксируется обязанность недропользователей иметь апробированные технологии разливов нефти в арктических и ледовых условиях.

По поручению упомянутой правительственной комиссии Минприроды России разработан и 18 сентября текущего года внесен в Правительство Российской Федерации федеральный законопроект "О внесении изменений в статью 46 Федерального закона "Об охране окружающей среды", в котором предусмотрены аналогичные 287-му федеральному закону нормы, распространяемые, соответственно, на сухопутную территорию. Также Минприроды России подготовлен и в начале декабря этого года будет внесен в Правительство Российской Федерации законопроект "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", в котором предполагается установить административную ответственность за правонарушения, связанные с невыполнением предусмотренных законодательством обязанностей по организации мероприятий по ликвидации и предупреждению нефтеразливов, также правонарушения, связанные с непредставленными в уполномоченные органы сведениями, либо представленными заведомо недостоверными сведениями о факте разлива нефти и нефтепродуктов.

Также данным законопроектом предложено усилить меры ответственности за непредоставление в органы государственного экологического надзора сведений несвоевременно, не в полном объеме, заведомо недостоверной информации, необходимых для установления обстоятельств правонарушений, выявленных в ходе проверки, в том числе, дорасчет для расчета размера ущерба; невыполнение установленных в срок предписаний федеральных органов, осуществляющих государственный экологический надзор об устранений нарушений законодательства.

Таким образом, нормы законопроекта, в том числе, призваны побуждать выполнять предусмотренные законодательством требования по организации и ликвидации мероприятий по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов.

Одной из важных задач является рекультивация нарушенных земель из-за их загрязнений. Помимо прямого неисполнения недропользователями требований законодательства, риски невыполнения или выполнения неудовлетворительными темпами рекультивации нарушенных и загрязненных земель с отдельными проблемами и пробелами в нормативно-технической базе. При разработке месторождений образуется значительное количество буровых шламов, зачастую загрязненных нефтью и химическими реагентами, используемыми при бурении скважин, а также строительный мусор и бытовые отходы. При этом в проектной документации на обустройство месторождений и строительство эксплуатационных скважин предлагается, как правило, традиционное решение по размещению производственных отходов, в том числе, буровых шламов, на полигонах и захоронение в шламовых амбарах.  

Минприроды России разработало проект постановления о порядке определения требований к рекультивации земель и земельных участков, предоставленных по договорам аренды и находящихся в государственной или муниципальной собственности. В целях реализации норм Федерального закона 171 "О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" порядок устанавливает требования рекультивации земель и земельных участков и процедуру и условия организации проведения рекультивации земель и земельных участков, предоставленных по договорам аренды, также находящихся в государственной муниципальной собственности, включая разработку проектов рекультивации земель и земельных участков, порядок их согласования и утверждения таких проектов и приемку выполненных работ. Порядком устанавливаются требования к составу работ по рекультивации земель, требования к составу и содержанию проектов. Проект постановления был согласован с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и внесен в Правительство Российской Федерации. В результате его проработки в правительстве была выявлена необходимость внесения изменений в Земельный кодекс Российской Федерации в части установления возможности комплексного регулирования Правительством Российской Федерации вопросов рекультивации земель и земельных участков.

Минэкономразвития России совместно с Минприроды России поручено подготовить соответствующие изменения в Земельный кодекс Российской Федерации. Поэтому, уважаемые коллеги, прошу комитет поддержать соответствующий законопроект после его представления в Государственную Думу.

Минприроды России неоднократно поднимался вопрос, и предлагались меры по обеспечению вывода из эксплуатации объектов недропользования в связи с выработкой месторождения.

Риски экологического характера при выводе объектов недропользования из эксплуатации связаны с брошенными объектами горных работ, шахтами, карьерами, отвалами, скважинами, шламовыми амбарами и иными объектами накопленного экологического ущерба, в том числе с советского периода.

Основной проблемой здесь является то, что обязательства недропользователей по выполнению полного комплекса легализационных работ надлежащим образом не подкреплены ни с одной стороны нормативно-правовой базой, ни с другой стороны материально-техническим обеспечением, в первую очередь финансовым обеспечением.

В настоящее время Минприроды России ведёт работу по формированию нормативно-правовой базы в части установления обязанности недропользователей по созданию ликвидационных фондов в целях гарантирования выполнения недропользователями ликвидационных обязательств, возложенных на них действующим законодательством Российской Федерации.

Концепцией формирования таких фондов предусмотрено их целевое использование на проведение работ по ликвидации горных выработок и иных сооружений, связанных с пользованием недрами по завершению отработки месторождения.

Также прорабатывается вопрос о внесении изменений в законодательство в области страхования, в частности, в федеральный закон 225 "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте" в части распространения действия данного закона на случай вреда, причинённого природной среде в результате деятельности, связанной с использованием недрами.

Кроме того, немаловажным является финансирование на должном уровне подпрограммы по ликвидации накопленного экологического ущерба в рамках госпрограммы "Охрана окружающей среды" на 2012-2020 годы, что может стать серьёзным стимулирующим механизмом по вовлечению к уборке загрязнений прошлых лет с использованием технологий нефтедобывающих компаний.

Помимо проблем информационного обеспечения, в том числе в области организации мониторинга загрязнённых нефтепродуктами территорий, акваторий, надзорную деятельность в отношении нефтегазодобывающих предприятий, в том числе осуществляющих деятельность на Континентальном шельфе, существенно осложняет недостаточное оснащение надзорных органов материально-техническими ресурсами, отсутствие природоохранного флота, недостаточное оснащение аналитических лабораторий, недостаточное финансирование надзорной деятельности, что ограничивает доступ инспекторского состава к объектам, расположенным в труднодоступных метах, законодательное ограничение и несовершенство правовых норм, регулирующих процедуры проведения проверок соблюдения природоохранного законодательства, несоответствие предусмотренных законодательством мер ответственности за несоблюдение требований промышленно-экологической безопасности на объектах недропользования и степени тяжести общественных нарушений, в том числе экологических нарушений.

Спасибо большое за внимание. (Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо.

Уважаемые коллеги, прозвучали основные доклады. Мы переходим к выступлениям. Регламент - не более 7 минут.

Итак, я предоставляю слово Когану Александру Борисовичу, Министру экологии и природопользования Московской области и подготовиться товарищу Тарасюк. Пожалуйста.

Коган А.Б. Спасибо большое за предоставленное слово.

Уважаемые участники "круглого стола", несколько раз уже звучало соответствующее выступление по поводу рекультивации и что это достаточно серьёзная проблема. Я бы хотел коснуться проблемы рекультивации, которую необходимо проводить в рамках реализации лицензий на добычу общераспространённых полезных ископаемых.

Эта проблема для Московской области достаточно актуальна, потому что вы все знаете, что в последнее время достаточно много у нас ведётся строительства, как и жилищного строительства, но более сейчас ведётся строительство, наверное, дорожное. Начинает строиться ..., строятся скоростные магистрали и общераспространённые полезные ископаемые необходимы для того, чтобы всё время, в срок, в полном объёме шло соответствующее строительство.

Востребованность в общераспространённых полезных ископаемых достаточно высокая. Заявок очень много. Желающих получить в пользование недра тоже очень много. В связи с этим есть серьёзные проблемы. Ну, к примеру, проверка, которую мы провели за последние два-три месяца. Мы проверяли по тем лицензиям, которые завершили своё действие, на предмет рекультивации карьеров. Так вот, уважаемые участники "круглого  стола", порядка где-то треть карьеров просто брошены.

Это очень достаточно серьёзная проблема для Московской области, потому что рекультивировать карьер в муниципальное образование, на территории которого он находится, практически невозможно, очень дорого, и бюджеты не позволяют этого сделать. В бюджете субъекта, то есть в бюджете Московской области это не предусмотрено. Начинаем разбираться с предприятиями, в связи с тем, что для них это был проектный бизнес. Они создают конкретное предприятие под один карьер, завершая деятельность, ликвидируют предприятие и точка.

В связи с этим для нас это на самом деле серьёзная проблема. Мы посмотрели, как это можно решить. Понятно, в рамках действующего законодательства мы сегодня изменили лицензионные соглашения, лицензионные условия так называемые, прописали отдельную статью в этих условиях и попытались сделать таким образом, что лицензия не завершается, пока не проведена  рекультивация. Но в рамках выработки соответствующего проекта всё равно компании умудряются оставлять карьеры нерекультивированными.

В связи с этим у нас есть понятные и конкретные предложения. Мы готовы участвовать и подготовить проект закона по обязательной гражданской ответственности недродобытчика, который обязан рекультивировать данный карьер и страховать данный вид деятельности. Расчёт соответствующий в принципе финансово-экономического обоснования у нас сделан. Мы считаем, риски в случае такой гражданской ответственности и страхования соответствующего вида деятельности повысят ответственность достаточно серьёзно, ну и плюс ко всему прочему позволят не бросать соответствующие карьеры.

Я знаю, что эта тема давно обсуждается, но я думаю, что есть смысл сейчас уже приступить к её реализации. Если депутаты не против, мы готовы в ближайшее время внести на рассмотрение данный законопроект и приступить к публичному обсуждению данного законопроекта. Это серьёзно упростит нам надзорные мероприятия, связанные с этими брошенными карьерами. Это первая проблема, которая достаточно серьёзна сегодня и связана особенно с негативным воздействием, потому что эти карьеры создают нам огромную головную боль.

Ну, и второе мероприятие, о котором я хотел сказать, это, конечно, экологическая экспертиза, которая сейчас не делается, на проекты разработки карьеров. Законодательство сейчас выстроено таким образом, что субъект согласовывает проект на разработку общераспространённых полезных ископаемых, но при этом это делается подписью должностного лица, согласование. Можете себе представить, без определённой экспертизы, она, конечно, делается на федеральном уровне, поступает документ и его нужно согласовать. При этом мы не понимаем, как данный проект или как данная разработка негативно будет воздействовать, к примеру, на подземные воды, или, к примеру, на уровни воды в колодцах, или, к примеру, на реки, озёра, в рамках которых или недалеко от которых... в пойме которых разрабатываются данные карьеры. Мы считаем, что целесообразно рассмотреть, тем более мы знаем, эта тема сейчас также поднимается, всё-таки возврат к государственной экологической экспертизе в этих рамках. Я думаю, это будет большим плюсом.

Ну, и очень важный момент, на который я хотел бы поднять внимание. Первый год мы только лицензируем скважины... Вы теперь знаете, да, что вода теперь является недрами. Законодатель по пути пошел очень просто, решение состоялось. Мы его не осуждаем, но вместо того, чтобы передавать полномочия, они были на федеральном уровне (лицензирование вместе с финансами) и посмотреть, как это сделать, приравняли просто добычу воды к недрам. И тем самым сегодня есть полномочие у субъекта выдавать лицензии на скважины, до 500 кубов в сутки которые потребляют, и так далее.

В чём проблема? Проблема заключается в том, что мы это делаем, но общего баланса, общей картины ни у нас, ни у федералов сегодня нет, то есть, у нас получается следующее... Когда меня папа учил, он говорил, что один кто-то должен отвечать за много что-то, много кто-то за одно что-то отвечать не могут, это бардак.

 Что произошло? За добычу воды сейчас отвечают два органа - федеральный и региональный. Общего баланса нет, взаимодействие с соглашением, соглашение не обязывает нас и не выставляет никакую степень ответственности в рамках того, что всем им предоставляем соответствующую информацию. У нас нет общего понимания и общего баланса, в связи с этим я боюсь, что это может привести к очень серьёзным последствиям. Поэтому необходимо вносить изменения в действующее законодательство в рамках того... Всё-таки обязать нас каким-то образом, ну, к примеру, мы готовы предоставлять все отчёты... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Сколько вам ещё нужно? Добавьте полминуты.

Коган А.Б. Но учитывать баланс должен один орган и отвечать за это тоже должен один орган, и согласовывать. К примеру, сделать единый реестр и обязательно вести его... кому-то вести его, а нам предоставлять соответствующую информацию.

Спасибо за внимание. Спасибо, что выслушали.

Председательствующий. Спасибо, Александр Борисович.

Слово предоставляется Тарасюку Василию Михайловичу - депутаты Государственной Думы, первому заместителю председателя Комитета Государственной Думы по энергетике.

Подготовиться Фокину.

Тарасюк В.М. Уважаемые коллеги, мы знаем, что в Конституции Российской Федерации записано: все недра принадлежат нашему народу. Вы знаете, что если посмотреть, то именно государство, мы - законодатели, должны решать те проблемы, которые являются правовым регулированием недропользования в целях снижения негативного воздействия на окружающую среду.

Мы - страна богатая всевозможными ресурсами. Мы знаем, что к неисчерпаемым ресурсам относятся вода, воздух, земля, космические ресурсы - это солнечная энергия, энергия морских приливов. Но если посмотреть, что особенно нужно понимать, что качество воды и воздуха существенно зависит именно от деятельности нашего человека, хотя природа обладает большой способностью к самоочищению.

К исчерпаемым ресурсам относятся флора, фауна, почва, биологическое сырье и полезные ископаемые. Если посмотреть, то мы прекрасно знаем, что на предприятиях добывающих отраслей из трёх миллионов тонн вредных выбросов, содержащих сжигаемые тяжелые нефтяные остатки, в мазуте, в попутном газе улавливается, в лучшем случае, до 50 процентов. Промышленные твёрдые отходы, в перспективе, должны сыграть позитивную роль, и над этим наши учёные работают. Значит, это использование вторичных ресурсов, которые могут служить базой для успешного развития других отраслей, например, производства строительного битума, используемого в дорожном, гидротехническом, промышленном, гражданском строительстве, в других сферах.

Здесь уже затрагивали проблему сжигания попутного газа. Да, надо откровенно сказать, после выступления нашего президента Владимира Владимировича Путина в 2007 году, только началась активизация и разработка тех рациональных использований попутного газа. Сегодня в Западной Сибири, если посмотреть, то, действительно, очень четко взялись к этому, тут достигнуто и гаснут факела уже более на 95 процентов, если взять по Российской Федерации, то это составляет 88 процентов.

Перерабатываются там около 20 миллиардов кубических метров. Что такое переработать этот газ? Это тоже новые технологии, которые используют нефтяники, которые создали такие нефтехимические кластеры переработки данного газа на месторождениях.

Если посмотреть, что для защиты окружающей среды и улучшения экологической обстановки необходима именно эффективная, реализация эффективных мероприятий. ... тут ни о чём, а о том, что на производственных объектах - это бурение, добыча, бурение, которое очень много имеет, как говорится, негативных веществ - это химия, это и, так называемые, породы, которые идут от бурения и потому подобные, которые.... Их мы, как правило, оставляем на месторождениях, а это даёт экологическую плохую. обстановку.

Если посмотреть просто, значит, то есть много технологий, а технологии, нанотехнологии, которые должны и являются, значит, развитием нефтегазового машиностроения, других отраслей, обеспечивают данный сектор.

Я не буду много рассказывать, говорить, я хочу послушать больше производственников, учёных, которые здесь выскажут проблемы, которые существуют здесь по данной теме.

Я просто в заключение хочу сказать, что после выступлений вас - учётных, производственников, мы на "круглом столе" и комитет обсудим те проблемы, которые здесь будут высказаны. И я бы хотел, чтобы здесь именно... Конечно, тут никто не присутствует из Министерства природных ресурсов, какой-то из заместителей, чтобы послушал, что говорят тут учёные и так дальше, как работает Министерство природных ресурсов, почему оно не использует те новые технологии, которые уже разработаны нашими учёными, которые дают и говорят: давайте использовать в геофизике вот эти новшества, давайте в добыче использовать эти новшества. Я не хочу это всё перечислять и занимать ваше время, но хочу сказать, что должны присутствовать на таком "круглом столе", где находится такой большой зал и сколько слушателей, которые именно интересуются данной проблемой. Я думаю, что всё-таки это будет доведено до Министерства природных ресурсов и экологии. И Государственная Дума, значит, увидит те недостатки, которые есть и существуют у нас в экологии, и будут приняты соответственные постановления и поправки к законам. Большое спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Василий Михайлович.

Предоставляется слово Фокину Александру Ивановичу - депутату нашего комитета по природным ресурсам и экологии, председателю подкомитета по экологии.

Подготовиться Преподобной.

Фокин А.И. Уважаемые коллеги, безусловно, в вопросах правового регулирования аспектов, связанных с природопользованием, особую позицию занимает угольная промышленность, потому что сегодня, когда мы говорим об угольной промышленности, сегодня это ежегодно из 3,7 миллиардов тонн отходов, миллиард 700, примерно, это угольная промышленность, потому что в Кузбассе мы постепенно переходим от добычи угля, от шахтного к разрезам, а это значит вскрышные работы, причём коэффициенты очень большие. Сегодня Кузбасс... Вот в текущем году мы ожидаем добычу где-то примерно 213 миллионов тонн угля, это колоссальный, конечно, объём, и, конечно, сегодня, говоря о вопросах, связанных, как регулировать всю ситуацию, связанную с последствиями добычи угля, это, прежде всего, рекультивация земель, а в регионе 45 тысяч гектаров, которые требуют рекультивации земель, и мы активно работаем в этом направлении, заставляем собственника это делать. Но так устроена законодательная составляющая, что собственник сегодня, добывая уголь, потом ликвидирует, банкротит свою лицензию, уходит, бросая эти земли.

Поэтому мы активно работаем с Минприродой, готовится соответствующий закон по охране окружающей среды, где будет поправка или это будет идти отдельным законом, где создаются ликвидационные страховые фонды, будем так говорить, пришел собственник, создал предприятия, ты должен внести определенную сумму, положи туда денежку, ушел, и мы знаем, что есть деньги, которые позволят сегодня или в будущем решать эти главные задачи.

Если, вот из зала вопрос уже возникает, если он что-то сделал не так, то там мы предусматриваем опять же в этом же законе, так сказать, штрафные санкции, причем такие, начиная от 800 тысяч, и миллион рублей, это и физическое лицо, кто возглавляет эту компанию и юридическое лицо.

Без всякого сомнения, сегодня мы вместе считаем с Минприродой, какие же нагрузки будут на стоимость угля. По разным оценкам, это где-то порядка 6,4 миллиарда рублей. Конечно, будет удорожать уголь. Но вместе с тем, если мы возьмем цифры, связанные с закрытием шахт, а такие цифры у нас есть, допустим, по городу Прокопьевску, даже закрытие там девяти шахт, это где-то порядка 25 миллиардов рублей. Это колоссальные расходы. Поэтому, взвешивая на весах, что необходимо, какие поправки в закон нужно внести, мы выбираем, конечно, вот этот путь.

Сегодня в Кузбассе работает 120 угольных предприятий, действующий 97, строим мы девять ещё угольных предприятий и в стадии ликвидации 14. Конечно, сегодня на этом форуме, который мы вот собрались и обсуждаем, проблема угольной промышленности, проблема тем, связанных с правовым регулированием всех аспектов, связанных с добычей, переработкой, хранением, транспортировкой, а также рекультивацией земель, она имеет особое значение. И комитет в этом направлении активно работает.

Спасибо большое за внимание. (Аплодисменты.)

Председательствующий. Слово предоставляется Преподобной Надежде Александровне - заместителю министра экологии и природных ресурсов Нижегородской области. Подготовиться Сибагатуллиной.

Преподобная Н.А. Уважаемые коллеги, спасибо огромное, за приглашение выступить на данном форуме.

Со своей стороны, как представитель регионального министерства экологии и природных ресурсов, я хотела бы обратить внимание на ряд проблем, с которыми мы сталкиваемся при решении вопросов недропользованию.

В частности из сложившейся практики у нас есть предложение увеличить сроки давности привлечения к административной ответственности по статье 7.3 Кодекса об административных правонарушениях, в которой предусмотрено такое правонарушение, как пользование недрами без лицензии, либо пользование недрами с нарушением лицензионных условий.

В частности в настоящее время срок привлечения за совершение данного правонарушения составляет два месяца, а в рамках рассмотрения судом, до трех месяцев, что не позволяет в полной мере, порой, установить все обстоятельства, которые могут сыграть существенную роль при рассмотрении обстоятельств правонарушения.

В данном случае мы полностью поддерживаем инициативу Калининградской области, которые предлагают данный срок, срок возможного привлечения к административной ответственности увеличить до года.

Далее. Что касается возможности проведения административного расследования всё по той же статье 7.3 Кодекса об административных правонарушениях. На данном этапе статьей 28.7 Кодекса об административных правонарушениях установлен исчерпывающий перечень. Там таких правонарушений, которые я назвала, нет.

Мы со своей стороны считаем, что если бы была законодательно предусмотрена возможность проведения административного расследования, нам бы это облегчило работу, как правоприменителю, как органу, который осуществляет экологический надзор в регионе.

И мы также поддерживаем предложения, выдвинутые уже представителями опять же Калининграда по данному вопросу.

Что касается, собственно, наших предложений, полагаем, что на законодательном уровне следует закрепить возможность конфискаций орудий совершения административных правонарушений, то есть непосредственно землеройной техники, экскаваторов, грузовых машин, которыми производится вывоз незаконно добываемых полезных ископаемых. В настоящее время предусмотрена ответственность только в виде наложения штрафов, причем достаточно незначительных. Как правило, недропользователи, ну, в ряде, в частном ряде случаев являются физлицами и для них штраф в пределах 3 тысяч рублей не является препятствием для повторного совершения, а то и многократного совершения подобных правонарушений. В случае, если законодательно будет предусмотрена возможности конфискации орудий совершения правонарушений, то мы надеемся, что это существенным образом будет способствовать сокращению количества правонарушений в данной сфере.

Кроме того, мы предлагаем законодателям рассмотреть возможность соотнесения штрафных санкций, которые предусмотрены по статье 7.3 КоАП, которая уже мной называлась и в статье 8.13, это касается правонарушений при добыче полезных ископаемых на водных объектах. Такие случаи нами фиксируются, в частности в Нижегородской области  достаточно часто. То есть граждане, либо юрлица имеют право на водопользование, а при этом фактически незаконно осуществляют добычу полезных ископаемых, естественно, их вывоз и реализацию. По данным фактам нами направляются заявления в органы внутренних дел, в общем-то, проводятся проверки, возбуждаются дела, но тем не менее хотелось бы, чтобы на уровне Кодекса об административных правонарушениях данные штрафы были, хотя бы приближены, в настоящее время есть существенные расхождения к статье 7.3 КоАП.

Что касается, мне бы еще хотелось отметить, что нами ведется активная работа с органами местного самоуправления на территории нашей Нижегородской области. Сегодня не смог принять участие мой коллега, заявленный в повестке Сергей Яблоков, тезисы его выступления имеются в раздаточных материалах. Особо мне хотелось обратить внимание на проблему, которая у нас возникает именно с Дзержинском. Практически вся территория города Дзержинска Нижегородской области покрыта городскими лесами и в случае, когда мы одобряем, скажем так, к выдаче лицензию, то недропользователь в последствии сталкивается с тем, что фактически ему приходится принимать меры по изменению функционального и территориального зонирования. Это затягивает сроки освоения участка недр. А данный вопрос в настоящее время особенно актуальный, поскольку у нас является, он ставит задачи, поставленные президентом по скорейшей ликвидации объектов накопленного экологического ущерба, находящихся именно на территории города Дзержинска Нижегородской области, таких как Белое море, Черная дыра и полигон ... . Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Надежда Александровна. (Аплодисменты). Спасибо.

Слово предоставляется Сибагатуллину Фатиху Саубановичу, депутат нашего комитета по природным ресурсам и председатель подкомитета по водородному сырью

Пожалуйста, Фатих Саубанович. Подготовиться Гладковой.

Сибагатуллин Ф.С. Уважаемые коллеги, я представляю Республику Татарстан, "ЕДИНАЯ РОССИЯ". И, спасибо, в докладе было отмечено с положительной стороны татарстанские нефтехимические, нефтеперерабатывающие предприятия, особенно "Танеко", "Нижнекамскнефтехим".  

И я хочу еще несколько слов сказать о татарстанских нефтяников. О татарских, хорошо. Татарстанские нефтяники добывают  более 30 миллионов тонн ежегодно. Правда, не в тяжелой и битумной нефти, но радует огромные залежи, залежи более подтвержденных только 7 миллиардов тонн. Вот и значит, добываем, приводим в стандарт. В то же время не забываем и про экологию, вот как она добывается, и как она получается в Татарстане, я хочу поделиться опытом, здесь большого секрета нет. Вот, допустим, у нефтяников, это порывы говорят, было, значит, в докладах, но они уменьшились, но еще наших очень много разливается разлив нефти. В Татарстане уже гарантийно 15-16 лет ни одного порыва не было, мы об этом забыли. Я работал, последнее место работы после правительства Татарстана, глава города района, где нефтяной край, добывалось нефти три миллиона 200, 3 миллиона 300 тысяч тонн в одном районе. И малых, больших - восемь нефтяных компаний.

И добивались именно по экологии, начиная с утилизации твёрдых бытовых отходов, это со времён шаймиевских, он был тогда, и особое внимание уделяли на экологию, президентом наше республики. Сегодня продолжает его дела уже вторую пятилетку Минниханов. Он, будем говорить, раньше работал с премьер-министром рука об руку и уделял особое внимание вопросам экологии.

В чём оно заключается?

Вот утилизация нефтешламов. Ещё 15 лет тому назад построили именно установку. Сегодня не только татарстанские, значит, вот там какие-то, где покапало, где вот там есть необходимость утилизировать в виде смолы, делают, превращают нефть загрязнённую, пыльную такую привозят и получается прекрасная, как говорится, в итоге нефть. Привозят даже не только с Самары, с Ульяновска на утилизацию, даже с Оренбургской области.

Дальше. Утилизация это нефтешламов.

Утилизация буровых шламов. Вот сегодня у нас бич - это пока буровых шламов. В докладе, в выступлениях было отмечено, значит, о том, и два департамента об этом сказали: в Татарстане этот вопрос тоже мы разрешили. Работали рука об руку по утилизации попутного нефтяного газа. По попутному нефтяному газу мы говорим сегодня - 8,7, кто говорит, значит, вот там Василий Михайлович Тарасюк сказал - 88 процентов. Эти проценты средней температуры в больнице.

Если взять самый передовой у нас Сургутнефтегаз, руководитель товарищ Богданов, он сам называет, значит, это предприятие, говорит, не моё, это народное предприятие. Он истинный христианин, русский. Он живёт, где добывают нефть в отличие от многих наших хозяев нефтяной и газовой промышленности и у него 99 процентов.

Вот Василий Михайлович приводил цифру, значит, там в Сибири, говорит, утилизируется около 20 миллиардов кубометров попутного нефтяного газа. Из них 14 миллиардов это именно Сургутнефтегаз превращает в электроэнергию попутного нефтяного газа.

Татарстан, Татнефть - 98 процентов. А вот есть некоторые, значит, у нас хвалёные компании в числе, значит, можно и ЛУКОЙЛА, особенно Роснефть, где от 62 до 68 процентов пока утилизации при нормативе 95. Вот поэтому, значит, здесь работы непочатый край.

И мы работали, я лично второй созыв уже работаю, завершаем уже второй созыв, работал в контакте по именно наведению порядка по экологии на нефтехимических, на перерабатывающих .... В целом по экологии постоянно работал с Министерством природных ресурсов и экологии. Особенно с Росприроднадзором.

Вот сидит мой очень близкий друг господин Смолин, он заместитель Росприроднадзора. Мы добились, как говорится, успеха благодаря им, работая рука об руку. Им огромное спасибо! (Аплодисменты.)

И в регионах, если мы хотим навести порядок, у нас законодательная база сегодня выше крыши. Вот для Татарстана, как говорится, сегодня никаких дополнительных ни законов, ни подзаконных актов ничего не надо, ни правительственных постановлений в Татарстане. Всё, как говорится, на основе законодательства, то, что имеется, мы добились успеха.

И по ликвидации карьеров бывших: другое, третье, потом письма пишут, законы принимают, я думаю, значит, ничего не надо, чтобы главное ... без главы региона, президент там, губернатор, глава региона, без него, конечно, не получится. И дальше работать системно.

И не случайно в Татарстане Министерство экологии, оно отдельно. Не то, что Министерство природных ресурсов и экологии, где и лесное хозяйство, где там вот там всякие ресурсы, чисто по экологии министерство должно быть. Об этом в Татарстане убедились. (Аплодисменты.)

И с одной рукой мы в Министерство природных ресурсов, как говорится, ... другой наказываем, проверяем. Та же система... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Сколько нужно...

Из зала. (Не слышно.)

Председательствующий. Спасибо, Фатих Саубанович.  Спасибо. (Аплодисменты.)

Слово предоставляется Гладковой Ирине Александровне - министру экологии Челябинской области. Подготовиться Гостеву.

Гладкова И.А. Уважаемый Иван Игнатьевич, уважаемые коллеги!

Челябинская область относится к старым промышленным регионам, и на её территории давно и успешно действуют предприятия добывающего комплекса. К сожалению, с последствиями этой давней и успешной деятельности, в том числе с экологическими последствиями, органы власти области сталкиваются на целом ряде территорий.

Анализ этих проблем показывает, что они имеют некоторые общие черты, а именно, они, как правило, возникают при прекращении добычи и на последних этапах освоения месторождений имеют очень большую социальную значимость, связаны, как правило, с отсутствием или частичным выполнением мероприятий по ликвидации, требуют больших финансовых вложений. При этом источник финансовых положений, в ... , так сказать, предприятия, ответственного за это, то есть источник внебюджетных средств, определённый таким законодательным образом, он, как правило, отсутствует.

Когда они приобретают определённую остроту и требуют оперативного вмешательства, требуется применение таких механизмов, которые связаны с большим выделением бюджетных средств.

Я остановлюсь на некоторых примерах, вот часть из них уже называлась в качестве примеров в выступлении Ивана Игнатьевича, но я расскажу об этом чуть подробней.

Вот на территории Челябинской области есть такой Карабашский городской округ. На территории округа добыча велась с 1910 года прошлого века. В результате, сложилась такая ситуация к тому моменту, когда было закрыто предприятие, что округ представляет из себя большую территорию накопленного экологического ущерба. В частности, там остались шахты, которые были затоплены,  ликвидированы. Это опасные объекты, у которых от поверхности до воды от 5 до 33 метров, то есть, вообще, они представляют просто опасность для населения. Кроме этого, большое количество хвостохранилищ, это организованные и неорганизованные хвостохранилища. Вот одно из этих хвостохранилищ здесь  на фотографии представлено.

Самое неприятное, что через эти хвостохранилища протекает река, которая выносит загрязнение в Аргазинское водохранилище, а Аргазинское водохранилище - это у нас верхний источник питьевого водоснабжения полуторамиллионной агломерации.

Вот результаты такие. Весь этот накопленный экологический ущерб сейчас нужно ликвидировать за счёт фактически бюджетных средств. В своё время эти мероприятия включались в проект программы "Ликвидация накопленного экологического ущерба", однако, сама по себе программа на сегодняшний момент не действует.

Другой пример. Это Копейский городской округ,  это территория, которая у нас сформировалась фактически после того, как... Это были посёлки, которые были связаны с шахтными выработками, которые велись подземным и поверхностным способом, на сегодняшний момент фактически добыча прекратилась. Вот здесь красными точками показаны очаги подтопления. То есть, когда предприятия ушли, вода поднялась обратно, и посёлки, которые находились фактически на бортах шахт, они оказались подтопленными.

При этом надо сказать, что по ряду предприятий угольной промышленности ликвидация, которая требуется законодательством, проведена не была. В частности, у нас на сегодняшний момент есть такая острая проблема, у нас  есть разрез Копейки, так называемой, на борту которого стоит предприятие, и предприятие реально сталкивается с опасностью для своих производственных мощностей. Но теперь уже предприятие вынуждено заниматься вопросами вложения бюджетных средств. Чтобы было понятно, рекультивация стоит по Копейскому разрезу порядка двух миллиардов. Не знаю, выдержит ли предприятие такую финансовую нагрузку. Скорее всего, тоже речь идёт о накопленном экологическом ущербе. Но это ещё тот случай, когда, в принципе, ничего не разрабатывалось. Но даже, если мероприятия по ликвидации разрабатывались, то только текущее финансирование для того, чтобы проводить откачку, это, в принципе, цифры с тремя нулями, что небольшое муниципальное образование тебе тоже должно ещё позволить в рамках тяжёлой бюджетной ситуации.

Ещё один пример. На территории Челябинской области расположен самый глубокий в Евразии и второй по глубине в мире это Коркинский угольный разрез.

Ну, с одной стороны, как сказать, первый, второй, это очень хорошо, однако, на сегодняшний момент это скорее не предмет для гордости, а предмет для беспокойства. Почему? Потому что оползневые явления, которые, допустим, начались по бортам карьера, уже привели к тому, что необходимо затратить было более 4 миллиардов средств на то, чтобы отселить население, которое проживало на бортах разреза.

Прошлой зимой мы столкнулись с новой проблемой, когда горение в разрезе привело к тому, что атмосферный воздух загрязнялся продуктами горения. Там есть недропользователь. Недропользователь на сегодняшний момент, значит, обеспечивает мероприятия по прекращению горения, он там провел какие-то дополнительные мероприятия, он разрабатывает проект рекультивации разреза. Проект рекультивации, чтобы было понятно, будет стоить, значит, вот собственные мероприятия, стоит порядка 30 миллиардов по предварительным оценкам. Предприятие находится в стадии банкротства.

То есть встает вопрос, а 30 миллиардов на рекультивацию вот этого второго по величине, то есть мы тоже откуда будем брать на сегодняшний момент? Встает вопрос опять же о бюджетных вложениях.

И я должна сказать, что вот эти проблемы, они привели к тому, что население в принципе очень негативно реагирует на любой новый, так сказать, проект, который связан с добывающей промышленностью.

Вот здесь же на карте вы видите, вот здесь вот Коркинский разрез внизу, а вот чуть подальше тот объект, о котором говорил Иван Игнатьевич в своем выступлении, это Томинский горно-обогатительный комбинат, это планируемое производство. Это новое месторождение.

Значит, проблема в следующем, Коркино расположено от Челябинска на территории 35 километров, Томинское - на территории, на расстоянии 20 километров. Население, на сегодняшний момент оно не готово принять этот проект, потому что у него есть совершенно обоснованные опасения в том, насколько это скажется на его качестве жизни, тем более что мало того, что близко миллионный город на расстоянии 10 километров единственный источник питьевого водоснабжения этого города, и это источник поверхностный. То есть его загрязнение приводит к тому, что пить просто неоткуда.

Причем, вот я должна сказать, что буквально на прошлой неделе, так сказать, инвестор получил положительное заключение экологических экспертиз по двум частям своего проекта.

На сегодняшний момент инвестор ведет себя в соответствии с требованиями действующего законодательства. Законодательство позволяет разрабатывать проектную документацию пообъектно, проходить экспертизу пообъектно, проходить экологическую экспертизу только по ряду объектов, однако, комплексной оценки в результате мы не получаем. И отсутствие этой комплексной оценки, оно вызывает опять же определенные, так сказать, опасения у населения, у научной общественности, а в Челябинске достаточно много научной общественности, и это вопросы, для ответов на которые на сегодняшний момент правительство области вынуждено предпринимать определенные меры, то есть у нас есть, так сказать, большое желание, есть поручение губернатора провести независимую комплексную оценку этого проекта.

Вот, так сказать, это всё в данном случае как примеры того, так сказать, вот тех предложений, которые мы формируем.

Вот на наш взгляд, все-таки необходимо, ну во-первых, то, о чем говорилось, так сказать... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Сколько Вам еще? Добавьте минуту.

Гладкова И.А. То есть то, о чем говорилось, о том, что должен быть фонд, который позволит нам провести необходимые мероприятия по рекультивации независимо от поведения недропользователей.

Второй вопрос. Необходимо, на наш взгляд, внести изменения в законодательство о государственной экологической экспертизе, с тем чтобы иметь возможность проводить комплексную оценку тех проектов, которые связаны, так сказать, с добычей и недропользованием.

Ну и третье, нам хотелось бы, конечно, вернуться к тому, чтобы финансировать программу вот по ликвидации накопленного ущерба в полном объеме.

Спасибо. У меня всё.

Председательствующий. Спасибо, Ирина Александровна.

Но все-таки как им удается получить положительное решение, Ирина Александровна?

Гладкова И.А. Ну положительное решение, так сказать, это экологическая экспертиза, которая проводится Росприроднадзором, то есть если на сегодняшний момент они соблюдают все требования законодательства, экспертиза говорит о том, что все мероприятия разработаны.

Председательствующий. Спасибо. Спасибо вам.

Слово предоставляется Гостеву Руслану Георгиевичу, депутату Государственной Думы от Воронежской области, члену фракции Компартия Российской Федерации.

Подготовиться Расщупкиной.

Гостев Р.Г. Уважаемые коллеги, вот так в жизни бывает, что слушаешь очень серьезные размышления людей, а в голове звучит мелодия. Эта мелодия, одна детская песня, где очень звонкий детский голос поет - что тебе снится, крейсер "Аврора".

Это, вы скажете, а причем тут экология, причем тут все разработки, о которых мы должны заботиться? Так же как можно сказать, а причем тут и завтрашний день, на котором будут срезаться и ... защитные средства, и будут решаться вопросы по пенсиям не в сторону пенсионеров, не в пользу пенсионеров, и многое еще что другое. Точно так, как правительство нас учит всех, всю нацию всё население граждан России эффективно работать и в то же время правительство не работает эффективно. Но это, так сказать, вступление.

Теперь по теме нашего заседания. Конечно же, есть множество проблем, которые необходимо разрабатывать для того, чтобы осуществлять эффективное правовое регулирование недропользования в целях снижения негативного воздействия на окружающую среду.

Хочу сказать, что ежегодно Государственная Дума, а значит и президент, подписывают 15-20 федеральных законов, которые в той или иной степени решают крупномасштабные или небольшие проблемы, ну которые имеют большое значение, может быть, не для всей нашей нации, а для конкретного человека. Это здорово!

И здесь представители министерства показали свою состоятельность, они очень здорово и убедительно говорили о том, что они знают состояние дел в окружающей среде, какие протоколы заседаний подписаны, какие разработки ведутся и так далее, и так далее.

И я подтверждаю, что это так, это действительно так, всё это делается и, может быть, надо говорить теперь не только о том, чтобы надо принимать новые законы, хотя их надо принимать, а о том, чтобы то, что наработано, а это где-то 400 с лишним федеральных законов сейчас принято (экологических), которые имеют экологическое звучание, это я оставляю в стороне те законы, которые не экологические, но в своей сути имеют целый ряд показаний, что там предусматривается решение экологических проблем.

Так вот, мне кажется, что сегодня надо ставить вопрос уже о высочайшей ответственности, начиная со всех, начиная со сторожа на разработках или там, где предусмотрено закрытие предприятия и экологически вредного, что будет делаться и, заканчивая президентом Российской Федерации.

Вот это сторона законодательной работы нашей, вот эта ответственность, она напрочь уходит. И более того. Я мог бы привести целый ряд примеров, когда Президент России дает ценные указания министерству, министерство тут же пишет, спускает вниз, идёт ступень за ступенью, казалось бы, все шумят, все работают, но суть-то остается той же, так же все плохо остается.

При этом давайте, я материалист, ну давайте всевышнего поблагодарим за то, что нам дали такую огромную территорию, первое,  и дали огромные резервы природные, и тут же мы имеем не очень много населения.

Представьте себе, если бы на территории России проживало полтора миллиарда людей! То есть это как раз, полтора миллиарда, это та территория, которая может держать на себе и реализовывать, а мы ведь имеем только 148 или 150 миллионов, вот вы и сравнивайте – сколько и чего. И кроме этого мы вот этот высокий экологический запас, мы не используем полностью и в мировой системе не используем для себя, для нашей страны.

Очень важный момент. Вот посмотрите, я уверен, уже никто не скажет, что я сейчас хочу сказать. Мы включились, в так называемую систему борьбы за устойчивое развитие – концепция, стратегия, о чем  только не говорим, уже дошли до устойчивого развития предприятия или поселения, округа и так далее, всё это хорошо. Но ведь в правовом отношении практически ничего в России не сделано. Я хочу напомнить, что именно экологи выступили инициаторами поиска выхода из сложившегося положения на земле и пришли к необходимости усто      йчивого развития. Это потом экономика присоединилась к этому, социальная сфера, но впереди шла экология.

Мы об этом вот, на экологическом «круглом столе» молчим. Почему? Потому что есть только указ президента, ещё некие документы, которые нацеливают на устойчивое развитее нашей страны.

А я ещё и ещё раз подчеркиваю, мы можем с точки зрения экологии давать пример устойчивого экологического развития нашей страны. Кстати, программа есть. Есть подписанные Медведевым документы на этот счёт, но пока мало что делается.

И ещё один момент. Вы знаете, мы крайне плохо учитываем при решении тех или иных задач использования недропользования и окружающей среды мнение местного населения, где будут проводиться те или иные работы. В качестве такого примера хочу, тут упомянули, что я от Воронежской области, кстати, шесть раз почему-то меня, коммуниста, избирают от этой области. Шесть раз всё пытаются, чтобы я не прошёл. Ну, избирают. Ну, такой тупой народ. Я думаю, что мы в кавычках... Подожди, подожди. Весь всех же понимают иронию, вот то, что я имею в виду.

Так вот есть решение правительства по двум месторождениям никеля о том, что их надо будет разрабатывать. Кто спросил у населения о том, что это делать? Если их что-то спрашивали, то спросили у высшего начальства областного. Но, а для того, чтобы заставить дать согласие местному начальству, муниципальному...

Председательствующий. Руслан, минуту ещё. Минуту ещё.

Гостев Р.Г. Понимаете? Имеется более ста тысяч подписей населения Воронежской области и не только Воронежской области. Ибо если что-то провалится с никелем Воронежской области... Здесь сидят товарищи или господа.... Как вас лучше назвать? Товарищи, представители министерства. Так вот если, они знают, если пыхнет в Новохоперском районе Воронежской области с никелем что-то, то из столицы белокаменной, а может быть не только из белокаменной будут бежать за границу.

Поэтому чтобы так не было, я думаю, что принимая те или иные экологические действия, надо спрашивать население, а как вы считаете, что это будет, что из этого получится.

И последнее точно. Высочайшая ответственность за любые экологические решения. Если мы этого не добьёмся, то мы будем получать экспертизы тогда, когда... У меня есть очень хороший учёный, первоначально говорил, что нельзя разрабатывать никель... (Микрофон отключён.)

(Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо.

Слово предоставляется Галине Павловне Расщупкиной, руководителю управления Росприроднадзора по Липецкой области. Подготовиться Скобелину.

Расщупкина Г.П. Спасибо, Иван Игнатьевич.

Уважаемые коллеги, после столь эмоционального выступления хотелось бы поговорить немножечко о другом. Вообще возникает гордость за нашу страну в связи с тем, что вот у нас такие разнообразные природные ресурсы. И соответственно проблемы то разные, а решения, наверное, должны быть очень похожими. Липецкая область не обладает запасами ни нефти, ни газа. Но Липецкая область является одним из стратегических регионов, где накоплены запасы подземной воды. Уже говорили сегодня представители других регионов, что подземная вода - это такое же полезное ископаемое, и соответственно регулируется тем же законодательством о недрах, что и все остальные природные ресурсы. Так вот мне, как представителю надзорного органа хотелось бы особенно отметить, что, собственно говоря, применение Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации в части безлицензионного пользования недр, это, собственно говоря, статья 7.3 часть 1 её. Она предполагает размер штрафных санкций от 800 тысяч рублей для юридического лица. А теперь давайте посмотрим, кто же эти природопользователи. Понятно, что в Сибири в наших прекрасных регионах далёких это нефтяники, это газовщики. А на территории нашего региона этими природопользователями являются сельские хозяйства. То есть именно те хозяйства, которые сейчас в рамках большой программы по импортозамещению должны развивать сельское хозяйство Российской Федерации, ежедневно растить скот, получать молоко, растить пшеницу, картофель и так далее.

Липецкая область является поставщиком этих ресурсов практически для половины Российской Федерации. И основной упор сделан не на крупных сельскохозяйственных представителей, а на небольшие крестьянско-фермерские хозяйства. Таким образом если для нефтяников наличие лицензии является безусловным и обязательным требованием, и это их специализированная деятельность, из которой они, собственно говоря, извлекают прибыль, то для сельского хозяйства наличие лицензии на одну скважину для того, чтобы поить скот, собственно говоря, ничем не отличается с точки зрения юридической для тех же самых нефтяников. И штрафные санкции я уже озвучила.

Учитывая ту доходность, которую приносит сельскохозяйственный бизнес, и учитывая те государственные программы, которые на поддержку сельского хозяйства осуществляются, я считаю, что, в общем-то, наверное, размерность этих штрафов, она должны быть дифференцирована.

Министерство природных ресурсов сейчас очень активно проводит позицию, и сегодня уже озвучивали представители департаментов и Иван Игнатьевич озвучивал, да, что то многообразное законодательство, которое сейчас приходит в Российскую Федерацию, но, собственно говоря, ориентировано на дифференцированный подход к природопользователям, в принципе, мы говорим, что появляется комплексное экологическое разрешение для объектов, категорий этих объектов.

Вот с точки зрения штрафных санкций этого категорирования пока нет. И наверное, нужно рассмотреть эту возможность, чтобы категорирование возникало в том числе и применимости статей Кодекса об административных правонарушениях, то есть когда объем добычи полезного ископаемого в виде, например, той же подземной воды составляет 100 кубов в сутки, а штраф за это 800 тысяч рублей при неполучении лицензии, я считаю, что это просто несоизмеримо.

Ну и кроме того, само получение лицензии, оно, в общем-то, достаточно сложно для сельхозников, с точки зрения всех процедур, с точки зрения получения экспертиз запасов ... , с точки зрения подсчета запасов и так далее.

Поэтому здесь тоже, наверное, необходимо какой-то дифференцированный подход предусмотреть вот для этого сектора экономики.

Ну и то же самое можно сказать не только о сельскохозяйственных представителях, но и о муниципальном водоснабжении, потому что Липецкая область, всё водоснабжение - это только подземная вода. То есть тот же самый природный ресурс, те же самые недра.

Второй момент, который хотелось бы отметить, его почему-то сейчас вот никто не упомянул, это, собственно говоря, использование этой же самой подземной воды в личном хозяйстве при коттеджной застройке.

На текущий момент в Российской Федерации отменено лицензирование на бурение скважин вообще, и на текущий момент у нас на территории Липецкой области, я могу точно сказать, в каждом дворе, в каждом коттеджном поселке, на каждом участке есть своя скважина.

Любая организация, имеющая буровую установку, бурит на 30 метров и добывает подземную воду. Поливают, используют в личном хозяйстве, всё что угодно, никакого учета нет, никакой практики правоприменительной нет, ее не может быть, мы не можем зайти на территорию частного владения.

Вы должны понимать, что если вы как жители многоквартирных домов за воду платите, то жители подсобных хозяйств за это не платят, они просто это потребляют, и соответственно, уже в достаточно больших объемах, не через водоснабжение в виде водозабора из центрального коллектора, а именно в виде частных скважин, то есть фактически осуществляется то же самое пользование недрами, но на собственных участках.

Практики вообще такой нет. То есть с этим тоже нужно что-то делать.

Ну и наверное, еще один момент, который, собственно говоря, вот мне очень было приятно, что фактически все отметили, это прошлый экологический ущерб.

Наш регион также имеет проблемы с прошлым экологическим ущербом, это в первую очередь сельскохозяйственные предприятия. То есть что это такое? Это огромные колхозы, которые были еще в советское время, остались после них огромные площади накопления навоза, помета, пестицидов, гербицидов, что это такое, все понимают прекрасно.

Учитывая коэффициенты фильтрации, мы сейчас уже видим, проводя мониторинг подземных вод на территории региона, видим уже проникновение этих веществ, в первую очередь нитратные загрязнения, огромные площади нитратного загрязнения с десятью ПДК по аммонийным всем группам.

Ну и кроме того, конечно же, пестициды, гербициды, ДДТ и все остальные гранозаны, и все остальные вот эти вот вещи, которые, собственно говоря, являются веществами первого класса опасности, и также без должной утилизации, которую должны были провести, вот этот вот в переходной период советского времени, да, которые сейчас остались бесхозяйными, применить к кому-то штрафные санкции в этой части представляется сложным, потому что теперь только собственник земельного участка должен отвечать, а какую он имеет возможность отвечать за ликвидацию этого ущерба, когда тоже цифры по ликвидации этого ущерба оцениваются в миллиарды рублей, для того чтобы его убрать, и фактически еще и рекультивировать почву.

Поэтому, безусловно, необходимо возвращать финансирование Федерации в части программы по предотвращению и ликвидации накопленного экологического ущерба на территории Российской Федерации.

Ну и еще последний момент, который хотелось бы отметить, что касается все-таки нефтяной и газовой промышленности.

Наш регион добывающим не является в этой части, слава Богу, но у нас есть транспортная сеть, транспортные магистрали, которые также являются, проходит транспортная магистраль для поставки газа и нефти в Европу, и что здесь хотелось бы отметить.

На текущий момент вот те предприятия, которые занимаются транспортированием газа и нефти, что касается нефтеразливов, сейчас очень много говорили, а что касается газа, что происходит... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Добавьте полминуты, пожалуйста.

Расщупкина Г.П. Да. Предприятия фактически производят какие-то конструкционные решения. Например, меняет трубопровод. Одновременно с этим выбрасываются миллионы кубов природных ресурсов просто потому, что нет желания, видимо, у этих природопользователей технически каким-то образом сконденсировать природный газ, временно его где-то накопить и потом опять запустить в трубопровод для дальнейшей транспортировки.

Таким образом, Российская Федерация, я считаю, теряет неоднократно свое преимущество. Во-первых, этот газ кто-то добыл, за него кто-то заплатил, а потом кто-то не нашел технической возможности, хотя она есть, и теоретически и практически она есть, просто не посчитал целесообразным этот газ каким-то образом... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Спасибо, Галина Павловна. (Аплодисменты.)

Слово предоставляется Скабелину Владимиру Васильевичу, атаману донского казачьего войска. Подготовиться Зайцевой.

Скабелин В.В. Здорово дневали, уважаемые депутаты, господа присутствующие!

Ну, после нашего уважаемого Гостева, добавить по нашей ситуации мало чего придется, но попытаемся. Ситуация с разработками медно-никелевых месторождений в Воронежской области остается острой. Данная проблема актуальна и требует незамедлительных действий. Жители Воронежской и Волгоградской областей, донское казачество по-прежнему требуют немедленно прекратить все работы на Еланском и Елкинском месторождении. Активисты неоднократно обращались к местным властям и депутатам всех уровней, вплоть до регионального, с просьбой удовлетворить законные народные требования. Ваши коллеги из Воронежской и Волгоградской областей продолжают игнорировать требования своих избирателей.

Представители донского казачества неоднократно обращались во всевозможные инстанции с требованием прекратить разведку и запретить разработку выше указанных месторождений. Но власти остались глухи к неопровержимым доказательствам о вреде данного проекта. Более того, нас неоднократно пытались обвинить в экстремизме и неповиновении властям.

Так как Государственная Дума России является основным законодательным органом страны, только вы сможете повлиять на сложившуюся ситуацию. Как известно, депутаты Госдумы обладают депутатской неприкосновенностью, а, значит, вас невозможно запугать или заставить отказать нам в помощи. Вы являетесь, без преувеличения, последней надеждой жителей, как минимум двух регионов. Только вы сможет уберечь черноземье и юг России от экологической катастрофы, которая по своим масштабам может стать страшнее Чернобыля.

Мы требуем от вас приложить все возможные средства и усилия для запрета разработки и прекращения разведки медно-никелевых месторождений в Воронежской области. Это воля ваших избирателей.

Вы здесь говорите о наказании за нарушение экологии в 1 миллион рублей. А сколько будет стоить здоровье наших детей и внуков? Давайте уже смотреть правде в глаза: что для нас дороже лишний рубль у олигарха или наши дети? Мы требуем проведения заседания, посвященное нашему хопру, а не размазанное - обо всем и ни о чем.

Спасибо. (Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо.

Слово предоставляется Зайцевой Нине Владимировне.

Зайцева Н.В. (Не слышно.)

Председательствующий. Давайте мы послушаем 7 минут, как положено. Договорились. Посмотрим по содержанию, договоримся о продлении, если по делу. Давайте, не вносите здесь раздрай.

Зайцева Н.В. В декабре 2011 года председателем правительства Путиным было подписано распоряжение о начале процедуры передачи никелевых месторождений Воронежской области в разработку.

Воронежская область - сердце России, цветущий благодатный край, исконно занимающийся производством продуктов питания для всей страны, густонаселенный район. Практически сразу возник протест против данного решения, переросший впоследствии в народное движение.

Мы обычные граждане своей страны, вдруг осознали, что в нашем государстве интересы офшорной компании оказались выше интересов народа. Протест поддержали ученые с мировыми именами, лидеры всех парламентский партий, кроме "ЕДИНОЙ РОССИИ", комитет по экологии и природопользовании Госдумы признали справедливыми и обоснованными требования отметить проект добычи никеля.

СМИ назвали наш протест самым стойким экологическим протестом современной России. Потому что он длится три с половиной года и имеет следующие основания: экологическая опасность, отсутствует экологическая экспертиза проекта добычи никеля. По злой иронии экспертиза под названием ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду) была отменена несколько лет назад, чтобы не кошмарить бизнес.

По мнению учёных, добыча и обогащение никеля очень вредное производство, на порядок вреднее, чем чёрная металлургия. Продолжительность жизни в городах, связанных с получением цветных металлов на 10-15 лет ниже по стране. Получение никеля из сульфидных руд связано с высвобождением из руды ядовитых веществ, это ... знают: сурьма, мышьяк, сера. Ореол распространения яда 800 километров, огромная опасность загрязнений, депрессионные воронки и всё остальное прочее. Радости сумасшедшие.

Процесс обогащения никеля также связан с огромным потреблением воды. На одну тонну никеля 10 тонн воды. И обещанный замкнутый цикл потребления воды невозможен на 100 процентов согласно технологии. А это значит, что воду заберут из водоносных слоёв и отработанную, ядовитую будут сбрасывать в нашу реку Хопёр приток Дона. Мы потеряем не только чистоту реки, но и подвергнем опасности заражения весь Азово-Донской водный бассейн.

В мире не существует опыта работы с сульфидными рудами никеля на плодородных почвах нашей географической широты. На Черноземье хотят поставить эксперимент. В начале разработок погибнет Хопёрский заповедник. Даже в суровое время Великой Отечественной войны страна находила возможность не прекращать деятельность Хопёрского заповедника, работники которого получали броню от призыва на фронт. 

Наше месторождение находится под толщей от 80 до 100 сантиметров самой плодородной почвы в мире - чернозёма. Уничтожить легко, на восстановление понадобится тысяча лет. И никакие сверхвысокие технологии не спасают от техногенных катастроф.

Авария на никелевой шахте Талвиваара в Финляндии вызвала опасения, что урановые воды попадут в водоносные слои Санкт-Петербурга. А в наших водоносных слоях уран уже появился. У нас на всё есть доказательства.

Кстати сказать, не исключён вариант, что выплавку никеля из концентратов станут проводить здесь же в Воронежской области, не вывозя на Урал. Для этого заложено лукавство в лицензии, то есть не указано место строительства металлургического комбината при чётко указанном сроке постройки его. Процесс отравления растянется на долгие годы и приведёт к тому, что цветущий Воронежский край превратиться сначала в свалку химических отходов, а потом безжизненную пустыню. Достаточно посмотреть на окрестности Норильска.

Экономическая составляющая. Экономического обоснования проекта добычи никеля в Черноземье с точки зрения государственных интересов также не существует. Недропользователь обещает два с половиной миллиарда в бюджет области. Для сравнения: один только пивзавод даёт миллиард поступлений в бюджет. Надо учесть ещё и то, что УГМК не является (Уральская горная металлургическая компания) наш недропользователь, не является российской компанией, это офшор с неизвестным бенефициаром и налоги платит в других странах.

Наша страна продаёт 95 процентов добываемого никеля за рубеж. Оставлен Южуралникель в городе Орске. Питающий его рудник Сахаринский с запасами на 50 лет полной загрузки комбината не выведен на проектную мощность из-за недофинансирования. Запасов никелевых руд в Норильске на 130 лет работы.

Россия продаёт целые месторождения. Так, в 2008 году месторождение ... было продано канадской компании ..., которая подтвердила запасы никеля 840 тысяч тонн точно такие, как предполагаются у нас. Отсутствие рационального отношения со стороны государства к природным ресурсам на примере ситуации с никелевой промышленностью налицо.

Мы понимаем, что страна наполняет бюджет в основном за счёт ресурсов. Однако, считаем, что экстенсивный путь развития России не приведёт к её процветанию. А отдать под добычу полезных ископаемых плодородные почвы Чернозёма, если не преступление, то огромная ошибка.

СМИ допустили обман, что воронежские месторождения являются единственными и последними в России. Поэтому возникла необходимость приступить к их разработке, несмотря на огромные экологические риски.

Обман легко проверяется. Перечень участков недр федерального значения с никелем и платиноидами насчитывает более 130 участков. Но все они расположены на северах, в Сибири, на Камчатке, в местах без развитой инфраструктуры. Выходит, что ценой огромных экологических и экономических потерь для страны экономятся деньги добывающей компании.

Предполагаемая прибыль от НДПИ за 30 лет добычи несоизмеримо меньше возможной прибыли от производства сельхозпродукции в течение всего последующего времени на сотни лет вперёд.

И последнее. Социальная составляющая. Протест против добычи никеля пытались провозгласить аргументом, что никель - это политика, не ваше дело сюда лезть, вы должны доверять властям. Внимательно изучив все факты, предшествовавшие запущенному процессу, народ увидел, что это за политика, хоперские месторождения с 80-х годов прошлого столетия находились на учете в ГКЗ, госкомитета по запасам. В 2010 году невидимая рука ставит их в перечень участков недр федерального значения и тут же запускается процедура передачи их в разработку. В 2012 году проводится конкурс, и мы узнаем, что у нас появился недропользователь, но оказывается, что в ГМК к этому моменту уже скупила земли точно по географическим точкам над месторождениями еще два года назад. Кто передал секретные сведения, уж не сама ли компания организовала передачу ей наших месторождений? Мы все граждане одной страны и имеем одинаковые права, однако, пользуясь добытыми сведениями, Уральская горная металлургическая компания сумела обмануть крестьян, скупив у нищих людей землю практически за шапку сухарей. О каком доверии к заявляемой недропользователем социальной ответственности может идти речь?

Председательствующий. Добавьте две минуты.  

Зайцева Н.В. Нет доверия к местной власти. Вместо того, чтобы напрямую заключить договор аренды муниципальных участков земли, была запущена сложная схема перепродажи по цепочке десятка землепользователей, что в конечном итоге принесло прибыль в карман чиновникам и участникам этой аферы, исчисляемой миллионами рублей. А в районную казну не попало ничего. При этом не постеснялись продать даже земли, имеющие живых хозяев. Только вмешательство Следственного комитета Российской Федерации позволило вернуть участки законным землевладельцам. Нет доверия к надзорным органам.

Земельный кодекс охраняет пахотные земли от любого вида использования, не связанного с сельхозпроизводством. Следственный комитет Российской Федерации признал факт нецелевого использования земель, а проводимую геологоразведку незаконной. Однако дальше признания данного факта дело не пошло. Вот и увидели мы, что никель - это действительно политика, политика обмана, коррупции, подкупа и воровства природных ресурсов. Вот извечная русская сказка о вершках и корешках проявилась в полной мере на наших глазах, начав с обмана, первые шаги по воронежской земле УГМК стала нарушать местные федеральные законы, делать просеки в лесополосах, прокладывать себе дороги, захватывать земли общего пользования и так далее. Все наши обращения в правоохранительные органы остались все без удовлетворения.

Все помнят ... на Хопре, вылившийся в погром лагеря геологов. Так это явилось следствием той самой политики, в которую нас уговаривали верить. Мы поняли, что в алгоритм принятия решения о вскрытии того или иного месторождения федерального значения не входит ни мнение ученых, ни отсутствие экономического, экологического обоснований, ни мнения народа. В этот алгоритм входит только желание олигархов, да согласие Председателя Правительства Российской Федерации. И получается парадокс: согласно Конституции недра принадлежат народу, но только до той поры, пока не начнут добывать.

Наша Конституция единственная в мире, которая узаконила владения природными ресурсами частной собственностью. Эта часть Конституции исполняется неукоснительно, зато другая часть Конституции, народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и местного самоуправления не работает совсем. Право слова в данном вопросе народу не дано ни через референдум, ни через органы государственной власти.

Более того, наши обращения к президенту и председателю правительства игнорируются. Нам ни разу не ответили по существу задаваемых вопросов.

Уважаемые депутаты Государственной Думы, кто здесь присутствует, помогите нам остановить добычу никеля в Черноземье. Состояние нашего гражданского общества с его коррупцией, низкой социальной ответственностью чиновничества не оставляет шансов Черноземью пережить Черноземью добычу никеля без катастрофических последствий. У меня всё. (Аплодисменты). 

Председательствующий. Спасибо, Нина Владимировна, за эмоциональный доклад.

Из зала. (Не слышно). 

Председательствующий. Уважаемые участники, успокойтесь, продолжаем дальше. Эмоции хорошая вещь, но они должны управляемы быть.

Пожалуйста, я слово предоставляю Чиковани Марине Анатольевне, начальник отдела окружающей среды публичного акционерного общества "ЛУКОЙЛ".

Пожалуйста, Марина Анатольевна.  Подготовится Монахову.

Чиковани М.А. Добрый день, уважаемые участники "круглого стола"!

Я хотела бы вернуться к теме нашего заседания и рассказать о тех проблемах регулирования деятельности по обращению с отходами, с которыми сталкивается на сегодняшний день недропользователь. Я являюсь представителем конкретного недропользователя.

Председательствующий. Так, тихо. Не мешайте выступающим, пожалуйста.

Чиковани М.А. Итак, дорогие коллеги, компания "ЛУКОЙЛ" на сегодняшний день осуществляет свою деятельность по обращению с отходами в рамках регулярно обновляемых программ экологической безопасности. На сегодняшний день мы реализуем такую программу на 2014 - 2018 годы. Хочу обратить ваше внимание, что для каждого нашего предприятия установлен ключевой показатель деятельности, в соответствии с которыми отношение утилизации отходов за год должно быть не меньше, чем к образующимся отходам. Затраты на утилизацию в 2014 году только за год составили 1 миллиард рублей.

Государственное регулирование деятельности по обращению с отходами сегодня представлено довольно широко. Деятельность подлежит лицензированию. Образование и размещение отходов лимитируется контролирующими органами. На каждый опасный отход мы разрабатываем специальный паспорт. Объекты в обязательном порядке, их создание сопровождается экологической экспертизой. Обязательно организация наблюдения за этими объектами размещения отходов. Существуют требования организации производственного контроля деятельности с опасными отходами.

Ну я хотела бы обратить ваше внимание, что, к сожалению, на сегодняшний день львиная доля деятельности экологов, скажем, даже компаний по обеспечению управления опасными отходами связано с согласованием, с получением дополнительных и разрешительных документов, которые на самом деле не очень сильно влияют, так сказать, на охрану окружающей среды. Не сильно связанными. В общем наша деятельность, она направлена по большей мере с борьбой с бумажными волокитами, скажем так.

Вот и, собственно говоря, законодательство в области управления отходами, оно довольно сложное. Оно многообразное и двусмысленное зачастую. С этим связаны те административные барьеры, с которыми мы сталкиваемся ежедневно.

Хочу обратить ваше внимание на доклад министра природных ресурсов Сергея Ефимовича Донского, в котором он подводил итоги работы Министерства природных ресурсов в 2014 году. В разделе "обеспечение рационального недропользования по устранению административных барьеров" мы видим целый перечень барьеров, которые министерство устранило только за один год. Прочитаем две первые строчки: квалификация закачки подземных вод была признана частью технологического процесса с введением федерального закона 261, а также предприятиям была предоставлена возможность использования скрышных и вмещающих пород для рекультивации горных выработок. Вот за этими сухими двумя строчками на самом деле стоит огромная работа прежде всего природопользователей, которые в результате многократных и многолетних обращений к первым лицам государства, к Министерству природных ресурсов в результате вот этой взаимной работы, собственно говоря, эти проблемы и действительно административные барьеры, они были устранены.

Но на место устраняемых барьеров тут же выстраиваются новые. Я хочу вспомнить приказ Министерства природных ресурсов, который вступил в действие с 1 августа 2014 года об утверждении порядка ведения государственного кадастра отходов. Собственно говоря, преобразовав этот кадастр в федеральный классификатор отходов министерство вынудило всех природопользователей страны единым разом переработать всю документацию и получить новые паспорта на отходы. А это связано с дополнительными затратами, с санитарно-эпидемиологическими заключениями, дополнительным подтверждением класса опасности этих отходов и так далее, и так далее.

На сегодняшний день все паспорта отправлены в Росприроднадзор для того, чтобы они были включены в новое ФККО, но часть отходов по-прежнему не включена в классификатор. И что же? И соответственно мы являемся нарушителями охраны окружающей среды. Потому что работая без... Ну если наши отходы не включаются в федеральный классификатор, соответственно нам не выдается ни разрешительная документация, ни лицензии. Таковы сегодня требования законодательства.

Упомяну снова о федеральном законе 458-м, который вступил в действие с 1 января. Мало того, что, собственно говоря, вновь вступивший закон потребовал тут же внесения в него изменений, поскольку положение о лицензировании не было разработано в указанный срок, то соответственно пришлось переносить сроки получения лицензии новой на обращение с отходами на ранее не лицензируемые виды деятельности. На сегодня этот срок установлен до 1 января 2016 года. И мы, недропользователи, мы очень опасаемся, что 1 января мы столкнёмся с проблемой, когда ни один подрядчик у нас не будет лицензии иметь на транспортирование, на сбор отходов, поскольку это довольно трудоёмкий процесс, а положение о лицензировании, оно вступило в действие только 3 октября этого года. То есть, как за вот этот короткий срок получить лицензии, получить все согласования и выйти на лицензирование уже к 1 января, выйти на готовую лицензию уже к 1 января 2016 года.

Мы считаем ограничением предпринимательской деятельности, предусмотренное этим же законом, запрет работы двух и более лицензиаров на одном объекте обезвреживания отходов. То есть сегодня, нефтяная компания "ЛУКОЙЛ", имея свой полигон по обезвреживанию отходов или любой другой объект размещения отходов и имея лицензию для работы на этом полигоне, не может пригласить ещё одного подрядчика и работать совместно, потому что это запрещено законом. С какой целью, до сих пор остаётся загадкой.

Ещё один момент. Введено новое определение "объект захоронения отходов". Сегодня право захоронения отходов предоставлено только в недрах. Сегодня только предусмотрены объекты захоронения в участках недр либо в подземных сооружениях, а эта деятельность регулируется законодательством о недрах. Соответственно, мы должны получать новые лицензии на то, чтобы при необходимости захоронения отходов в недрах, а это, вы понимаете, какой процесс, и какой вал опять же документации новой, и, в общем-то, не приводящей в результате действительно к снижению негативного воздействия на окружающую среду... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Сколько вам нужно? Добавьте полторы минуты. Давайте укладываться в регламент, потому что мы сейчас, вообще, уже с вами перебрали время, мы сейчас будем советоваться по продолжению наших слушаний. Пожалуйста, полторы минуты.

Чиковани М.А. Буквально ещё один документ. Это положение вот мной уже упомянутое, положение о лицензировании деятельности новое, вновь вышедшее. Оно включает два требования, которые для недропользователей практически неприменимы. В частности. Требование по указания перечня конкретных видов отходов, включённых в ФККО, и требования по указанию конкретных объектов размещения отходов.

Дело в том, что мы, осуществляя геологоразведочные работы, мы ежегодно осуществляем буровые работы, и соответственно прирастаем объектами размещения отходов. Все вновь образованные объекты размещения, они уже считаются нелегитимными, наши лицензии уже считаются нелегитимными в связи с тем, что эти объекты размещения отходов не обозначены в действующей лицензии. То есть, это ещё одна несостыковка и неучёт требований возможности недропользования.

Я, вообще, молчу о требовании по заключению трудовых договоров со всеми работниками, осуществляющими деятельность в области обращения с отходами в интересах недропользователя, которая прямо звучит из этого положения по лицензированию и которое трудновыполнимо.

И ещё одна проблема, о которой сегодня тоже неоднократно говорили, это проблема связана с управлениями отходами бурения, Дмитрий Михайлович и другие коллеги упоминали о том, что сегодня действительно большое количество буровых отходов образуется, но не говорили о том, что недоропользователи сегодня применяют прецедентные меры по сокращению негативного воздействия этих отходов.

Наши ... накопители гидроизолированы, мы применяем специальные на нефтяной основе... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Спасибо, Спасибо, Мария Анатольевна.

                   . Я сейчас, извините... Вот у нас в Татарстане есть ... генеральный директор  Маданов, да, Маданов младший, а старший Маданов - первый вице-президент в ЛУКОЙЛе. Вот у нас все законы, как говорится, всё устраивает, а ЛУКОЙЛ, вот вы говорите, не устраивает. Изучите наш татарстанский опыт.

Чиковани М.А. Спасибо большое... Наши предложения...

Председательствующий. Спасибо, Мария Анатольевна. Мы вам сочувствуем, но законы надо будет выполнять.

Уважаемые участники «круглого стола»! Мы работаем с вами уже 2 часа 17 минут. Есть предложение, вот я объявил Монахова выступить. У нас ещё, наверное, человек 8, есть записавшихся. Я думаю, что мы, наверное, у кого есть такое желание действительно выступит, предоставим слово, но сократим регламент до 3-х минут и я его буду строго выдерживать, потому что у нас зал заказан до определенного времени.

Итак, я предоставляю слово Монахову Сергею Константиновичу, это директор предприятия «Каспийский морской научно-исследовательский центр», послушаем науку немного и потом перейдем к тем, кто захочет ещё выступить в течение 3-х минут, пожалуйста.

Монахов С.К. Уважаемый председатель, уважаемые участники «круглого стола»»!

Я буду говорить о правовых проблемах охраны окружающей среды при недропользовании на Каспийском море. Ситуация здесь отчасти парадоксальная, потому что уровень корпоративной ответственности здесь выше уровня правовой защищенности окружающей среды … недропользователя. Основным недропользователем является компания «ЛУКОЙЛ», речь, прежде всего, идет о ее ответственности, что … выше. Но есть и другие компании, у которых уровень ответственности гораздо ниже и конечно мы должны думать о том, как нам повысить уровень правовой защищенности.

Очерчу несколько проблем.

Первое. Российский сектор недропользования Каспийского моря. У нас нет четкого определения его правового режима охраны окружающей среды. Прежде всего, это, как когда-то спорили, это Каспийское море - это море или озеро? Спорили тогда, когда его делили. Практически уже раздел закончен, но остается вопрос – море это или озеро, то есть, как его охранять, либо как море, либо как озеро?

Один пример. У нас в отношении морей, у нас есть государственная экологическая экспертиза, в отношении поверхностных водных объектов суши она  необязательна.

Второй вопрос. Заповедная зона северной части Каспийского моря, она была создана в 1975 году. У нас нет, к сожалению, в законе об особо охраняемых природных территорий нет такой категории «заповедная зона», есть в законе о рыболовстве – рыбохозяйственная заповедная зона. Но заповедная зона в северной части Каспийска до сих пор не преобразована, её положение такое, как было в 75-м году.

Это положение, например, запрещает … работы и сейчас у нас получается такая ситуация, когда одной компании … работы запрещают в соответствии с положением о заповедной зоне, а другой разрешают в соответствии с Водным кодексом и остальными процедурами.

Третий вопрос – это вопрос о специальных экологических и рыбохозяйственных требованиях. У нас, к сожалению, вот когда разрешили недропользование в заповедной зоне, было принято решение о том, постановление Правительства Российской Федерации о том, что это недропользование осуществляется в соответствии со специальными экологическими рыбохозяйственныыми требованиями. Вы не представляете, насколько эволюция прошла этих специальных требований.

Они были нормативно-правовым актом, который не прошел регистрацию в Минюсте и соответственно, был отменен и сейчас эти спецтребования опустились до уровня приложения к проектной документации. При этом в этих спецтребованиях по отношению к разным объектам, как и к компании, и к объектам эти спецтребования существенно отличаются и каждый пишет все, что хочет.

Еще. Основным требованием, тех требований, которые были приняты в 98-м году и не прошли регистрацию, это было на нулевой сброс. Компания «ЛУКОЙЛ» придерживается нулевого сброса, а другие придерживаются, но некоторые отнюдь нет.

Что такое нулевой сброс? Этого понятия тоже нет.

                   . (Не слышно.)

Председательствующий. Сколько? Минуту добавьте, пожалуйста.

Монахов С.К. Проблема решается очень просто. Те специальные экологические требования, которые должны были быть разработаны в соответствии постановлением правительства, их все-таки надо разработать и принять. Поэтому наша основная рекомендация поручить Министерству природных ресурсов разработать и утвердить специальные экологические требования для разведки, разработки месторождений углеводородного сырья на Каспийском море в российском секторе.

Спасибо.

                   . Спасибо.

(Аплодисменты.)

Председательствующий.  Спасибо большое, Сергей Константинович.

Переходим... Так, установите три минуты регламент и я предоставлю слово – Таракановский Виктор Иванович, председатель совета Союза старателей России, пожалуйста.

Таракановский В.И. 56 лет работаю на золоте, хотелось бы про золото замолвить слово.

Начать я хотел с того, я недавно был на Курилах в Сахалинской области. Недавно на Сахалине региональная общественная организация "Экологическая вахта Сахалин" обратилась в суд в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц. Содержится она на американские деньги – это не мое заявление, это заявление Минюста Сахалинской области. И суд запретил добывать золото на Сахалине, хотя там 70 лет добывали, и апелляционный суд подтвердил это. Если бы вот, конечно, неопределенные лица (или американцы, или японцы), возможно, те действуют правильно. О чем я хотел сказать? В защиту определенного круга лиц, которые добыли за прошлый год почти 300 тонн золота.

Проблема: рассыпные месторождения все залегают в долинах рек и ручьев, а многие из этих участков относятся к особо защитным участкам лесов. В России 250 лет добывают рассыпное золото, отработаны тысячи километров ручьев и речек. Недавно издали распоряжение правительства 849Р от 2013 года "Об утверждении перечня участков, не связанных с созданием лесной инфраструктуры", которым запретили добывать золото в особо защищенных участках.

Вот, кто-нибудь подумал? Хотя есть два закона – Лесной кодекс и Водный кодекс, которые разрешают. Водный кодекс – статья 65.8, Лесной кодекс – пять статей, которые, включая 107-ю, разрешают добывать золото, а постановление правительства не разрешает. На этих территориях, я уже говорил, Сахалинская область, Челябинская область, Красноярский край, Хакасия, Забайкальский край. Сейчас поставлены люди, что они взяли лицензию, работает им задним числом (уже 8 лет отработали), а здесь особо защищенный участок – не дают работать.

Лишаются работы десятки тысяч людей, уже лишаются работы. На этих территориях добывается 140 тонн золота из наших 300. Может быть, кто-нибудь остановит вот это всё? Там же живые люди, семьи, дети. Хотя первый закон 1992 года говорил о недрах: представление лицензии на пользование недрами осуществляется одновременно с представлением земельного участка. Потом 8 раз меняли эту формулировку, разделили лицензию.

Я получил лицензию, заплатил громадные деньги, разовые платежи и заключил договор с лесхозом на аренду лесного участка, а потом экспертиза мне говорит, а работать ты не имеешь права. Для чего тогда давали лицензии на разведку? Для чего подсчитывали запасы? Для чего объявляли, брали десятки и сотни миллионов рублей? Это что специально делается? Так же нельзя работать!

(Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо, Виктор Иванович. Мы договорили с вами.

Пожалуйста, у кого есть на три минуты сообщение? Пожалуйста, вы только представляйтесь, пожалуйста.

Ишкова Л.А. Я представлюсь. Я Ишкова Лилия Александровна, член Общероссийского общественного движения "Стоп Никель".

Мы сюда приехали из глубинки к выбранным нами депутатам.

Я хотела бы рассказать о том, какая экологическая обстановка уже сейчас у нас происходит в Хопёрском районе.

Итак, ещё нет никакой добычи, а налицо все признаки экологической катастрофы.

Так, жители села Елань-Колено Нахаперского района ещё полтора года назад стали жаловаться на плохое качество питьевой воды.

В июне прошлого года Роспотребнадзор сделал свой анализ, который показал, что вода в колодцах не соответствует требованиям СанПиН для питьевой воды. Однако настоящим шоком для местных жителей стала новость о том, что вода ещё и заражена радиацией. 

Результаты анализа, полученные в начале февраля 2015 года из аналитического радиационного специального центра, показали, что суммарная активность в воде альфаизлучающих радионуклидов превышена почти в два раза. Следующий анализ на полный химсостав показал содержание в воде в недопустимых количествах: урана - 19 микрограмм на литр, серы - почти 140 тысяч единиц и целый ряд других опасных элементов.

Вода испортилась после того, как в трёх километрах от села ООО "ММСК" стало проводить геологоразведочные работы. Территория, где ведутся эти работы, огорожена колючей проволокой и охраняется сотрудниками ЧОП. Какие работы и какими методами там проводятся, нам установить не представляется возможным. Но местные жители много раз видели перемещение спецмашин с надписью "кислота", а также автоцистерны для перевозки химических веществ с казахстанскими номерами.

Эти данные, а также отсутствие на территории шламоотстойников и наличие сетевых горизонтов высокого содержания серы и урана дают возможность предполагать, что на "Ёлке" проводятся работы подземного выщелачивания урана. Для урана в качестве растворителя как раз и применяют раствор серной кислоты. Только так можно объяснить попадание в питьевую воду серы и урана и усиление их концентрации.

Эти работы проводят на берегу реки Елань, где грунтовые воды расположены близко к поверхности. Все применяемые химические реагенты попадают и в саму реку, и в подземные горизонты, и в горизонты, которые для местных жителей являются питьевыми. Сейчас жители всех улиц села Елань-Колено жалуются на плохое качество воды.

По этому поводу мы писали заявления во все надзорные органы. Факт радиации в питьевой воде признан не был. В ответ мы получили из Минприроды, из управления Росприроднадзора по Воронежской области информацию о том, что сброса химреактивов в реку Елань не выявлено и что Еланский участок федерального значения расположен от самой реки в трёх километрах. Это явно не соответствует действительности. Так, в границы данного... участка входит большой участок самой реки Елань и её противоположный берег. Какие всё-таки работы там ведутся, ответа нам так и не дали.

Загрязнение идёт именно с Ёлкинского месторождения. Раньше там было село, которое по неизвестным причинам сгорело в 2009 году. Раньше там была чистая вода, свои скважины, бани для рабочих и ЧОПовцев. Сейчас они сами вынуждены ездить за водой в ближайшее село.

Надзорные органы скрывают от людей правду, отрицают наличие радиации. Насколько распространилось... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Добавьте одну минуту. 

Ишкова Ю.А. Насколько распространилось отравление и загрязнение, никто исследование не проводит. Работы продолжаются, а люди пьют эту воду.

Очень сильно выросло число онкозаболевших. И взрослые, и дети сейчас покрываются сыпью. А им говорят: "Это аллергия на лекарства". И никто не связывает эти факты с водой. Да и сами факты нам доказывать очень трудно, потому как истинная картина или замалчивается, или искажается.

Ещё два года назад все открыто говорили, что Нахаперский район занимает первое место в области по онкозаболеваниям. Но как только мы обнаружили старые, истекающие радиоактивными рассолами геологоразведочные скважины, разбросанные по всему району, исследовали их, тоже стали писать заявления во все инстанции, то в ответ получили официальную статистику об абсолютном благополучии.

Так, в сведениях из регионального... регистра... Заболеваемость в 2014 году в Нахаперском районе составила 330 человек на 100 тысяч населения. Когда же мы сами узнали число онкобольных, стоящих на учёте в нашей поликлинике, то в пересчёте на 100 тысяч человек это составило 2 тысячи 200 заболевших. Признанным фактом является и то, что смертность в нашем районе более чем в два раза превышает рождаемость.

Всё это свидетельствует о явном неблагополучии, которое уже существует 30 лет из-за того, что старые геологоразведочные скважины отравили своим содержимым наземные и подземные воды. Вода была... (Микрофон отключён.)

Председательствующий. Спасибо. (Аплодисменты.) Спасибо.

Так, товарищи, есть ещё желающие?

Да, пожалуйста. Представьтесь. Три минуты.

Бикузарова О.Т. Доктор медицинских наук, профессор, заслуженная врач Республики Северная Осетия - Алания Бикузарова Ольга Татразовна.

Глубокоуважаемый председатель "круглого стола"! Уважаемые члены и участники "круглого стола"!

Рассказывать сегодня о вреде тех производств, о которых мы обсуждали, я думаю, что поновой не стоит.

Сокращая наше выступление, я единственное скажу, что в 2005 году Президент России Владимир Владимирович Путин, обнародовав свой закон и новую программу "Здоровье", проект, большое внимание уделял увеличению рождаемости, улучшению генофонда страны. Наши потомки нам не простят нашего безголового и бездушного отношения к своей природе и экологии. Природа и экология ранимы и невосстановимы. А заводы и другие производства заменимы всегда.

И если же выбор будет стоять между ... и будущим наших детей, то я думаю, что выбор очевиден - это наши дети, это наше будущее. Каждый хочет быть здоровым и жить долго в экологически благополучной среде. Люди должны быть проинформированы о том, что есть предприятие, которое токсически влияет на окружающую среду, на почву и самое главное на людей - жителей. Они должны быть знать, что нужно чаще стирать вещи, чаще мыть машины, беречь здания, поливать и мыть улицы, как в Европе.

На сегодняшний день мы находимся в регионе - Владикавказ, Северная Осетия, где один из самых крупных заводов по переработке металлов - это завод "Электроцинк" "УГМК-Холдинг", о котором сегодня говорили. (Аплодисменты.)

И вот этот "УГМК-Холдинг", естественно, что он пагубно очень влияет на окружающую среду, на наших детей.

Если у меня время ещё есть, я могу коротенько сказать о статистике.

Добывают, у нас два производства ... в "Электроцинк" - это свинцовая и цинковая. Вот отходы, вот ... от этого производства увозится обратно на Урал, и вот там уже, добавляя медь, вырабатывают медь и уголь. Но то, что остаётся у нас, это во много раз превышает предельно допустимые все концентрации и очень неблагополучно влияет на наше население.

Дети - наше будущее. И вот основной удар как раз приходят по детям. То есть, если разбирать заболеваемость в нашей республике, то первое место по онкологии на Северном Кавказе - это у нас, первое место по онкологии верхних дыхательных путей, второе место по онкологии или по раку кожи и третье - это костная система.

Времени нет, поэтому я проценты говорить не буду, но ещё раз повторяю, давайте выбирать между будущем нашем с вами, между генофондом и тем, чьи интересы кто-то защищает.

Спасибо вам огромное. (Аплодисменты.)

 Председательствующий. Спасибо. Спасибо.

Так, есть ещё? Пожалуйста. Да, потом. Представьтесь только.

Филин В.И. Филин Владимир Иванович. Движение "За национализацию и деполизацию стратегических ресурсов страны".

Мы, конечно, здесь очень интересные доклады услышали от представителей министерств и ведомств, и можно было бы сказать, что сегодня состоялся партийно-хозяйственный актив, но всё-таки здесь действительно серьёзный момент и очень важная проблема поднимается - это вопрос Новохопёрского района. Мы выезжали туда и были, встречались с людьми и видели, насколько градус протеста растёт. Вот то, что 104 тысячи подписей сданы в Администрацию президента и вот такой вот ответ пришёл, в котором сказано: согласно Распоряжению Правительства Российской Федерации № 2360, Федеральным агентством по недропользованию были проведены конкурсы на право пользования участков недр федерального значения Еланская... для Еланской и Ёлкинской, для геологоразведки и добычи медно-никелевых  руд, по итогам которых, в соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 29 июня номер 11112, победителем признано ООО "Медногорский медно-серный комбинат".

И я хочу сказать, что у нас с народом не надо советоваться, да, то есть получается, что приняло решение правительство, не посоветовавшись с народом, соответствующим образом нарушив закон о референдуме, и даёт ещё ответ соответствующий.

Они говорят о том, что, когда мы задаём вопрос, а вредно ли это производство, нам дают ответ: пока не можем квалифицировать, данное месторождение пока не может квалифицироваться как месторождение, обладающее запасами полезных ископаемых промышленного значения, на этой стадии изучения участков и недр отсутствует возможность реально оценить последствия воздействия на окружающую среду того или иного технического решения. Это вообще, что такое? Это заранее нам говорят о том, что мы не знаем, может быть, оно будет хорошее, но, может, оно и будет вредное. Но, знаете, но у нас же есть решение правительства, и мы соответствующим образом это решение обязаны выполнять.

То есть получается, что население, которое сегодня будет подвергаться практически истреблению, извините за такое резкое слово, поскольку то, что там происходит и те анализы, которые здесь приводились нашими коллегами и товарищами из Воронежской области, показывают, что там просто после этого жить невозможно.

Там то, что Норильский комбинат показал, что он сегодня 9 тонн, я подчёркиваю, 9 тонн выбрасывает на человека в Норильске вредных веществ в атмосферу, это разве не показатель? А то, что на 100 тысяч гектар выжжена земля, это разве не показатель? Я могу ещё много приводить примеров.

Председательствующий. Спасибо, Владимир Иванович.

Пожалуйста.

Филин В.И. Я не сказал концовку, извините. Я всё-таки скажу её.

Для того чтобы мы, мы здесь не просто так собрались, а мы всё-таки обращаемся к вам как к депутатам и настаиваем на проведении парламентских слушаний по теме "Разведка и добыча медно-никелевых руд на Еланском и Ёлкинском месторождениях в Воронежской области". А до этого требуем приостановить действие лицензии, выданной УГМК на геологоразведочные работы на Еланском и Ёлкинском месторождениях в Воронежской области. Спасибо. (Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо, Владимир Иванович.

Да, пожалуйста, и представьтесь.

                . Уважаемый Иван Игнатьевич! Уважаемые участники "круглого стола"!

Во-первых, спасибо за предоставленную возможность, хотя бы коротко, но сказать о наболевшем.

Я Заслуженный врач Российской Федерации, профессор, завкафедры акушерства и гинекологии Северо-Осетинской госмедакадемии.

И последние 20 лет кафедра моя очень углублённо занимается здоровьем женщин и детей в городе Владикавказе. А Северная Осетия, очень маленькая республика, всего 720 тысяч население, их них 360 тысяч жители города Владикавказа.  

И вот половину заседания сегодня, я вижу, посвящено предприятиям УГМК. И я тоже хочу сказать вот в течение двух минут хотя бы о предприятии "Электроцинк", это предприятие цветной металлургии, которое принадлежит УГМК и работает на территории нашей республики. Ну мы в течение последних 20 лет занимаемся изучением состояния здоровья, причём доказать связь экологических факторов и конкретно вот тяжёлых металлов, которые попадают в среду, благодаря деятельности этого завода, и благодаря тому, что не очень эффективные очистные сооружения у этого завода, мы доказываем это на основании методик, разработанных Институтом минералогии и геохимии редких элементов, московского, когда мы определяем непосредственно вот на данной местности, в пределах нескольких квадратных метров, жителей, их здоровье конкретное и ту патологию, которая выявляется, и, наконец, количество этих тяжёлых металлов, особенно свинца в крови. И вот эта взаимосвязь у детей в последние годы у нас очень чётко прослеживается.

Вот я занимаюсь здоровьем женщин и детей, и я хочу сказать, что вообще во всём мире понятно и уже пришли к выводу, что здоровье женщин и детей, первым организм реагирует на воздействие неблагоприятных факторов экологической среды. И вот благодаря этим методикам мы выявили, что в последние годы у нас 70 процентов женщин репродуктивного возраста болеют анемиями, около 58 процентов - это пиелонефриты, 40 процентов - это заболевания верхних дыхательных путей, и это аллергические состояния у взрослых и у детей.

Естественно, если рожает больная женщина, от неё рождаются больные дети. У нас патология беременности превышает цифры, которые в среднем по Российской Федерации, хотя республика у нас очень, ну, я считаю, благополучная, интеллигентная. У нас пять высших учебных заведений вот на нашу маленькую республику, на наш маленький город. 

Председательствующий. Минуту добавьте, пожалуйста.

               . Одну минуту. Да.

Отражается на детях. Вот мы за последние два года, 2013 и 2014 год, мы проводили исследования - в 2-4 превышает содержание свинца в крови детей. Мы обследовали 461 ребёнка. Причём это не мы, если придраться и сказать - во Владикавказе врачи там подтасовывают. Это ... сами заключили контракт с врачами и учёными из Екатеринбурга, они приезжали, брали кровь и проводили исследования. И вот показало, что у 68 процентов детей превышено от 2 до 4 раз содержание свинца в крови. Это часто болеющие дети. Если в более или менее благоприятных районах 9 процентов болеют, то в промышленных районах 20 процентов детей - это хроники. Это заболевания центральной нервной системы. У нас рождаются дети, 35 процентов детей с перинатальными энцефалопатиями. Вы представляете, треть детей с неврологическими нарушениями. Ну, какое население мы даём? Мы повреждаем генофонд нашей нации, небольшой нации.

И у нас тоже очень большая просьба помочь нам или перенести наш завод с территории города, он в центре города расположен, или вообще почему с Урала должны вести руду к нам, перерабатывать, загрязнять нашу природу, причём на Урале, ездили экологи наши, в Екатеринбурге очень хорошие очистные сооружения на их заводах, а у нас этого нет. У нас проводятся только реконструкции такие косметического характера, а глубоких очистных сооружений нормальных у нас нет...

Председательствующий. Спасибо, Лариса Владимировна, спасибо.

(Аплодисменты.)

Спасибо, Лариса Владимировна.

Завершаем "круглый стол". Да, что вы хотели? Три минуты, пожалуйста. Давайте всё-таки у нас, мы уже в цейтноте по времени.

Оленьков А.Н. Спасибо.

Оленьков Андрей Николаевич, аудитор Британского института стандартов по системам экологического менеджмента.

Я у вас много времени не займу, я просто вот эти все вещи как аудитор проверяю и в России, и в других странах, в том числе у меня был опыт аудита в Великобритании. И очень коротко. Значит, какие я вижу проблемы?

Первое - это слабость лабораторной базы. То есть действительно система мониторинга, она должна быть усилена. Система лабораторий, куда граждане могут обратиться за получением экспертных заключений, она должна усиливаться. Это один фактор.

Второй фактор, опять же по опыту сравнения с зарубежными странами, это эффективность контроля и реализации принятых решений. То есть в той же Великобритании, там, когда ты проводишь экологический аудит, находишь какие-то нарушения законодательных требований, это всегда встречает полное понимание руководителей предприятий, которые говорят: да, если это законодательно требуется, это мы будем выполнять без разговоров. У нас же получается - процент имплементации принятых уже решений, он действительно зависит от региональной специфики и от деятельности конкретных органов.

Поэтому здесь действительно нужно усиливать вот эти механизмы государственного контроля и вводить многоступенчатые механизмы, которые позволят сбалансировать и ответственность региональную, и федеральную, чтобы не получалось так, что, как сейчас, в отдельных регионах, которые приводили пример, где дела обстоят лучше, в других это обстоит хуже. Это значит, что следует внедрять ещё дополнительные механизмы эффективности работы региональных органов контроля со стороны федеральных органов.

И последнее. Что касается концепции устойчивого развития всего остального. Здесь действительно нужно подумать над тем, а действительно ли нам нужно вот такими темпами извлекать природные ресурсы. Потому что извлекаем природных ресурсов за один год столько же, сколько их извлекалось за весь XIX век. И надолго ли нам всего этого хватит? И действительно здесь нужно смотреть с общегосударственных позиций, когда прежде чем принимать решение об отработке тех или иных месторождений, а насколько это действительно нужно нашей стране и нашему народу. Спасибо за внимание.

(Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо.

Последний есть желающий. Последнему давайте предоставим слово и на этом закончим.

Нет, здесь вне программы никто не выступает. Представьтесь, пожалуйста.

Терешков И.И. Терешков Игорь Иванович, Межрегиональная промышленная корпорация "Экорециклинг".

Начну доклад свой с результирующей части.

Мы знаем, как тяжело, 48-й законопроект, между первым слушанием и вторым слушанием прошло 4 года. В результате согласно постановления 2515 Президента России, он был принят в течение трёх дней. И ряд законодательных инициатив, которые мы выдвигали на ряде рабочих групп, советов и комитетов, не вошли сегодня 28 подзаконных актов, разрабатываются, принят, по-моему, один только - это лицензирование. Нам необходимо сегодня иметь вполне понятную нормативно-законодательную базу. В этой целью необходимо следующее: детализировать порядок экономического стимулирования в сфере обращения с отходами, ввести правовые нормы, предусматривающие управление потока отходов на региональном уровне, и создать замкнутые циклы по сбору, от сбора до переработки отходов, закрепить ответственность производителей на протяжении всего жизненного цикла продукции, определить формы государственной поддержки предприятиям перерабатывающим, а не захоранивающим отходы собственного производства, консолидировать предприятия, занятые в сфере обращения с отходами, в единую систему. Решить данные задачи возможно при условии создания государственной программы по обращению с отходами производства. Государственная программа должна определить единственную ответственную структуру, это может быть федеральная служба или это может быть федеральное агентство, как сегодня приводил пример из своей юности министр экологии Московской области Александр Борисович, о том, что нельзя многим ответственными лицам заниматься одной проблемой.

Далее. Определить выделенное необходимое количество перерабатывающих производств. Я знаю, что в ТЭК ... у нас легитимными являются на 2014 год 1100 полигонов, то есть там должно быть 1100 технопарков, количество технопарков, количество систем по переработке отходов должно соответствовать количеству предприятий горнодобывающих, горноперерабатывающих. Иными словами, на каждом предприятии должен быть свой перерабатывающий комплекс.

Необходимо финансирование, и необходим специализированный контрольный орган за целевым расходованием финансовых средств. Но всегда есть возможность, всегда есть желание начинать использовать деньги нецелевым образом.

Председательствующий. Да, спасибо, спасибо.

(Аплодисменты.)

Ну, уважаемые коллеги, завершаем, да? Нет больше?

Я ещё раз хочу сказать в завершение огромное спасибо всем, кто принял участие, кто выступил. Большущее спасибо.

Вы видите сами, насколько актуальный сегодня разговор. Иногда он приобретает острые формы. Насколько остры проблемы. Меня радует то, что мы сегодня, например, вернее, и радует, и, с другой стороны, я понимаю, что самые сложные проблемы на женские плечи ложатся и экологическая сложная проблема тоже. У нас сегодня как никогда ни на одном, может быть, слушании, в которых я участвовал, столько не выступило женщин, сколько сегодня. Примерно половина. Острых проблем, как вы видите, чрезвычайно много. Причём есть проблемы взрывоопасные, о чём вот сегодня здесь говорили и по Воронежу, и по Челябинской области, где томнинский комбинат строится. Безусловно, вот эти точки, они должны стать особым предметом рассмотрения и на нашем комитете.

Я хочу сказать, что председатель комитета выезжал в Воронежскую область. Там огромное было собрание и он выступал там. Я ещё раз хотел бы сказать вам всем, я надеюсь, вы это понимаете, что здесь в Думе нет врагов нашим избирателям, что мы здесь такие же граждане как и вы. Мы живём как и вы в России и нам как вам тоже хочется дышать чистым воздухом и пить чистую воду, и нашим детям то же самое.

У нас, по крайней мере, здесь кто сидит в президиуме, нет запасных аэродромов, чтобы туда где-то там купленная эта самая недвижимость и уже гнездо есть в других странах. Мы все живём здесь в России, а многие в Москве. Москва тоже, знаете, не рай для того чтобы подышать здесь. Здесь тоже есть проблемы. И, безусловно, эта тенденция продолжения вот этой сырьевой политики, она очень настораживает. Ведь президент, по сути дела, говорит об обратном.

Президент нацеливает на развитие высоких технологий, на развитие наукоёмких технологий, наукоёмких производств, а мы всё сосём соки земли и что самое вот обидное, что и никель, и медь не столько востребованы внутри страны, сколько они, эти добычи и переработка нацелена на внешнюю торговлю, на поставки в Китай,  в другие страны и так далее. Вот в этом ещё есть серьёзная такая, что заставляет задуматься почему это происходит. И, как правило, как показывает опыт и мои разбирательства, что за этим стоят деньги не российские, а деньги, скажем, с Кипра и ещё откуда-то. На чужие деньги чужие дяди будут получать доходы. Я это говорил в своём докладе основном, а здесь остаётся грязь и, так сказать, болезнь.

Поэтому я ещё раз хочу сказать. Нет врагов в Государственной Думе, а тем более в комитете Государственной Думы по природным ресурсам и экологии, которые были бы двумя руками и голосовали, и поддерживали явно противоречащие здравому смыслу какие-то проекты. Так вот делать будем, я вам сказал. То, что касается...

Из зала. (Не слышно.)

Председательствующий. Мы ещё раз вернёмся на комитете, в том числе по проблеме Воронежской области по этому месторождению.

Уважаемые слушатели, мы должны закончить своё слушание принятием рекомендаций. У вас они есть на руках. Я думаю, что вы их посмотрели. Их, я думаю, можно принять за основу. Нет возражений?

Мы тогда давайте договоримся. Здесь во многих выступлениях были высказаны мысли, которых нет в рекомендациях. Давайте мы поручим президиуму, аппарату комитета просмотреть внимательно стенограмму и внести необходимые коррективы. Нет возражений? Нет.

Спасибо. Спасибо всем. 

 

 

 

 

Меню

Новости экологии

Яндекс.Метрика